Братья У слегка подтолкнули Мэйфэн, и вскоре она оказалась внутри. В зале с высоким потолком пахло плесенью и сыростью, яркая голубая краска уже давно сошла со стен, оставив на них грязные разводы, а статую Последнего небожителя Юнфэя кто-то прикрыл отсыревшим полотном, отчего помещение казалось заброшенным. Вместо алтаря и священных предметов перед постаментом стоял низкий стол и пара сундуков, а вещи, что остались после падения школы Дафэн, кто-то раскидал по углам, и там теперь возвышались груды покрытого пылью мусора.
Запустение и разруха – всё, что осталось от знаменитой на всю империю Чжу постройки. Небесно-голубой Зал Тяньци, некогда служивший символом свободы и надежды, теперь скорее походил на заброшенный склад.
Главарь кивнул, и все мятежники, кроме У Минли, У Кана и девушки-помощницы, покинули храм, закрыв за собой массивные двери. Повисла давящая тишина, которая смешивалась с шумом водопада, что доносился словно откуда-то издалека, и Фэн Мэйфэн переступила с ноги на ногу, ощущая себя неуютно в компании этих людей.
– Ну вот, теперь у тебя больше нет выбора, – объявил мужчина и слегка наклонил голову вбок, внимательно рассматривая свою гостью. – Да, поразительное сходство!
– Вы правда знали моих родителей? – повторила Мэйфэн свой вопрос.
– Глава клана Фэн был моим шифу на протяжении пяти лет. Если бы не шифу, я бы умер от голода ещё в детстве, он мой благодетель.
Его слова принесли в душу Мэйфэн ещё больше смятения. Она помнила об отце слишком мало, и бо́льшая часть воспоминаний причиняла боль, а какой-то главарь мятежников мог говорить о Фэн Личэне с восхищением в голосе! Но, с другой стороны, это означало, что она действительно нашла кого-то, кто связан со школой Дафэн.
– Расскажите мне больше!
– Хочешь получить бесценные сведения бесплатно? – усмехнулась девушка и присела на один из сундуков, закинув ногу на ногу. – Избалованная наследница, которая привыкла, что всё даётся ей без особых усилий.
Фэн Мэйфэн не собиралась сейчас препираться, поэтому даже не обратила внимания на этот выпад и уверенно спросила:
– Какую помощь вы хотите за ответы на мои вопросы?
– Вступи в наши ряды, – сказал главарь.
– Предлагаете стать… разбойницей?
Когда она поднималась на пик Юнфэй, то уже чувствовала, к чему всё идёт, но пыталась откинуть эту мысль подальше. Она обещала Ван Юну, что не наделает глупостей, а сама уверенными шагами приближалась к пропасти. Готова ли она отказаться от заклинательства и от своей связи с Принцем Ночи ради правды?
Девушка на сундуке громко расхохоталась, давясь воздухом, после чего отдышалась и заговорила с нескрываемой усмешкой:
– Видела бы ты своё лицо! Конечно же это только прикрытие, всё гораздо серьёзнее, чем ты можешь себе представить! Но мы не станем доверять важные сведения наивной дурочке, воспитанной в тёплых объятиях семейки Ван, которая при первой же возможности сбежит обратно!
– Юй! – перебил помощницу главарь, и только теперь Фэн Мэйфэн наконец вспомнила, откуда знала эту девушку.
Во время ночной стычки с разбойниками в Долине холмов она скинула с дерева лучницу, от которой и узнала о том, что не все из Дафэн погибли. Судя по голосу, это и правда была она.
– Ты меня совсем не знаешь! – всё же ответила ей Мэйфэн с явным вызовом в глазах. – Эта наивная дурочка чуть не перерезала тебе глотку в лесу у Слепого ущелья, помнишь?
– Спокойнее… – прошептал У Кан и подошёл к подруге, положив ладонь на её напряжённое плечо.
– Прошлое останется в прошлом, – заговорил главарь и выдохнул. – В том бою мы потеряли одного брата, который пал, как мы потом узнали, от руки Принца Ночи, но жертва не была напрасной, ведь мы нашли тебя.
Юй фыркнула, снова закинув одну ногу на другую, вытащила маленький кинжал из ножен и принялась крутить его в руках. Она как будто хотела добавить ещё что-то, но не решилась и просто замолчала, а мужчина тем временем продолжил:
– Нам здесь без доверия не обойтись, Фэн Мэйфэн, если хочешь получить ответы, ты должна нам довериться. Мы ничего не скрываем друг от друга, а знаешь почему? Потому что мы разделяем каждую рану и каждый шрам – это наша общая боль.
Главарь вошёл в широкую полоску света, которая пробивалась сквозь окна на верхних этажах, после чего скинул на пыльный пол плащ и чёрную маску. Мэйфэн увидела тёмные волнистые волосы, почти доходившие до плеч, и довольно молодое лицо главаря, от взгляда на которое её спину окатило волной холода: серые рубцы от ожогов покрывали подбородок этого мужчины, уродовали линию губ и тянулись до левого уха. Прежняя тонкая красота словно боролась с увечьем, разделяя лицо на две половины и оставляя в душе любого, кто увидит его, неприятный осадок.
Не дожидаясь особой команды, Юй тоже скинула маску и показала глубокий шрам от клинка, прорезающий щёку. У Минли развязал пояс и приоткрыл нижние одеяния в месте среднего даньтяня, являя на свет безобразные следы от когтей, вероятно принадлежавших яогуаю, а У Кан, немного стесняясь, закатал рукава и похвастался едва затянувшейся раной на плече, кажется, от вражеской стрелы.
– Мы тебе доверяем! – улыбнулся мужчина с ожогом на лице.
Не понимая, что за странное чувство ею движет, Фэн Мэйфэн тоже сбросила с себя дорожную накидку и подрагивающими пальцами развязала бинты на правой руке, обнажая розоватую кожу и хмурясь от холодка, пробежавшего по предплечью.
Что-то внутри неё болезненно оборвалось и ушло. Навсегда. Она впервые по собственной воле показала кому-то своё увечье, и ей вдруг стало так легко и свободно, как не было никогда прежде.
– Меня зовут Вэй. – Главарь вложил кулак в ладонь и поклонился ей как равной.
Этот мелодичный голос и чуть заметная улыбка не слишком вязались с образом сурового предводителя мятежников северо-восточной провинции, который Фэн Мэйфэн уже успела представить. Ещё и изуродованное ожогом лицо вызывало в ней целую волну чувств: не отвращение или жалость, а скорее понимание и восхищение.