Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2: читать начало книги онлайн

Потратив уже несколько дней на дорогу, Фэн Мэйфэн плелась за чьей-то поскрипывающей повозкой, ведя за собой лошадь. Последние рисовые колобки, которые она прикупила во время привала, закончились ещё утром, и теперь от голода у неё сводило живот. До деревни Сянь, где Мэйфэн собиралась сегодня заночевать, оставалось всего около пяти ли, но другие путешественники двигались слишком медленно, отчего все рисковали вместо тёплой комнаты на постоялом дворе довольствоваться лишь небом над головой.

Солнце клонилось к закату, ярко освещая пологие склоны горной гряды, и из долины, которая раскинулась с левой стороны от тракта, послышался низкий клёкот, словно перекрикивалась стая птиц. Путники сразу заволновались и принялись зажигать факелы и фонари, отчего вереница людей стала больше напоминать праздничную процессию. Многие ещё ни разу в жизни не видели демонов вживую, но каждый знал, что с наступлением сумерек эти твари выбираются из своих гнёзд и рыщут по округе, а потому следовало разводить огонь, чтобы отпугнуть яогуаев.

Фэн Мэйфэн могла бы подсказать им более действенные приёмы против демонов, но не собиралась раскрывать себя и всю дорогу притворялась простым юношей в бамбуковой шляпе. По крайней мере, с такой маскировкой она избегала неприятностей с мужчинами и не привлекала ненужного внимания.

Повозка впереди громко скрипнула и остановилась, преграждая путь всем, кто ехал следом. Путники за спиной Фэн Мэйфэн сразу разразились руганью и подтолкнули её, как самого молодого и бойкого юнца, чтобы сходила проверить, в чём дело. Потянув лошадь за поводья, она обошла повозку и увидела, как несколько пожилых торговцев, чьи телеги тоже застряли в этой очереди, уже собрались в тесном кругу и принялись что-то обсуждать, не выбирая выражений.

– Руки бы выдернуть здешнему магистрату!

– Да при чём здесь он?! Ты выше, выше смотри! Как думаешь, кто на самом деле развалил нашу провинцию?

– Тише ты…

Фэн Мэйфэн приблизилась к торговцам и перед тем, как заговорить, прокашлялась, пытаясь сделать свой голос ниже.

– Господа торговцы! – Она опустила поля бамбуковой шляпы, скрывая глаза. – Доброго вечера вам! Не знаете, долго ли нам стоять?

– Тьфу ты! – фыркнул один из них и ткнул кривым пальцем в воздух, указывая на длинную вереницу лошадей и повозок. – Слепой, что ли? Смотри, сколько народу впереди! И вообще, не мал ли ты для таких путешествий? Небось ещё волосы в узел не собрал[68], а уже сбежал из дома и решил, что можешь кататься по тракту в одиночку.

– Я простой путник и спешу поскорее добраться до деревни Сянь. Если вам больше нечего мне сказать, то прошу меня извинить.

– Ладно-ладно, этот господин просто шутит, – вмешался другой торговец, его полные щёки порозовели от вина, а пустую тыкву горлянку он уже закинул на плечо. – Похоже, мы здесь застряли до утра. Дальше по дороге застава: дозорные спрашивают документы и досматривают все повозки. Говорят, это из-за банды мятежников, которые разбойничают в наших краях, а ещё недавно ходили слухи, что они стали промышлять тёмными заклинаниями и перевозили по провинции гробы с цзянши! Страх-то какой… неспокойно совсем стало, правда ведь?

Фэн Мэйфэн сглотнула и закивала, подыгрывая торговцам. Неужели их с Ван Юном безобидная поездка через Долину холмов уже обросла такими легендами? Как бы то ни было, сейчас ей стоило подумать о более важных вещах: пропустят ли её на заставе и успеет ли она сегодня добраться до деревни.

В дороге она провела слишком много времени, а День восьми ветров наступал уже завтра, поэтому больше задерживаться Мэйфэн не могла.

– А есть ли другой путь до деревни Сянь? Дело в том, что я и правда очень спешу.

– Насколько я знаю, отсюда ведёт охотничья тропа, – понизил голос всё тот же мужчина с пустой тыквой горлянкой. – Но это опасно, сейчас всякие нечистые твари гнездятся в лесах, а тебе, малец, с яогуаями ни за что не справиться!

– То ли дело адепты школы Дафэн, – шёпотом заговорил ещё один торговец, на вид самый старший. – Они по-настоящему защищали эти земли, помогали простым людям, таким как мы. Помню, тогда жилось спокойно и на дорогах всегда было безопасно. После того как пик Юнфэй сгорел, мы и так претерпели немалые невзгоды, а теперь и вовсе останемся ни с чем, ведь даже за проезд по тракту придётся выложить мешок монет.

– Тшш, глупый, что ли? – прервал его первый. – Такие слова говоришь прямо под носом у солдат! Беду на нас накликаешь.

– Спасибо вам, добрые господа! – Фэн Мэйфэн уважительно поклонилась торговцам. – Я всё же попробую проехать по тропе.

Мужчины только покачали головами и проводили её долгими взглядами, выражающими непонимание и безмолвный страх. Для них любой, кто с наступлением ночи решался идти через горный лес, сразу мог считаться мертвецом.

Сверив слова торговцев с картой, Мэйфэн сошла с освещённого огнями тракта, запрыгнула в седло и тихим шагом направила лошадь в чащу. Отыскать нужную дорогу в наступающих сумерках было нелегко, но вскоре копыта уверенно зацокали по каменистой земле, и охотничья тропа повела путницу к крутому обрыву, рядом с которым в неглубоком ущелье протекал ручей Цзиньси.

– Хорошая девочка, вперёд! – Фэн Мэйфэн погладила тёплую шею лошади и с опаской посмотрела вниз, куда срывались вылетавшие из-под копыт камушки. – Осталось немного, и мы доберёмся до постоялого двора.

Шум быстрой реки отдавался эхом от скал, кроны высоких деревьев поскрипывали из-за резких порывов ветра, и холодный воздух медленно пробирался под ворот Фэн Мэйфэн, отчего по её спине пробежали колючие мурашки. Она постоянно оглядывалась: в воздухе явно чувствовался кисловатый смрад – такой запах оставляли после себя демоны.

Тени, ползущие со стороны леса, зашевелились, и между высокими стволами, которые цеплялись за склон крепкими корнями, загорелись жёлтые глаза. В одиночку вступать в бой с тварями было опасно, поэтому Мэйфэн посильнее ударила по бокам лошади, заставляя её бежать рысью по краю обрыва.

Чем дальше она продвигалась, тем больше появлялось призрачных огней во тьме: впереди, среди деревьев, тоже замелькали глаза, и прямо на охотничью тропу, передвигаясь на четвереньках, вышла стая яогуаев. Демоны напоминали детей не старше трёх лет, их кожа имела красноватый оттенок, а чёрные волосы паклей свисали до самой земли. Фэн Мэйфэн не остановилась и сложила два пальца левой руки вместе, сплетая из лунной ци технику.

– Пошли прочь! – сказала она твёрдо, и дрожащий шар света возник из ниоткуда в том месте, где стояли демоны.

Послышался визг, твари бросились врассыпную, но яркая вспышка ослепила и кобылу: та заржала, вставая на дыбы. У Мэйфэн перехватило дыхание, а мир так быстро перевернулся, что она от неожиданности выпустила поводья и беспомощно замахала руками.

Бах. Правая нога застряла в стремени, и Фэн Мэйфэн повисла вниз головой над обрывом, ударившись о каменный склон затылком. Перед глазами всё поплыло, а в лодыжке, кажется, что-то хрустнуло. Лошадь беспокойно запрядала ушами и ещё отступила, ближе подходя к краю.

– Стой, стой! – крикнула Фэн Мэйфэн и попыталась приподняться, но виски пронзило тупой болью, словно в череп вколачивали деревянные колышки. – Агх! Не могу…

Откуда-то сверху до неё доносился мрачный детский смех, от которого волосы на теле вставали дыбом, но стоило ей представить маленьких красных демонов, заполнивших тропу, как звенящий над ущельем шум внезапно утих. Послышались чьи-то быстрые шаги, и спустя мгновение лошадь послушно пошла вверх по склону, как будто кто-то повёл её за собой.

[68] Речь идёт о конфуцианской церемонии совершеннолетия мужчин гуань ли, которая проводится по достижении 20 лет. Во время церемонии юноша собирал длинные волосы в узел и ему вручался головной убор гуань.