— Я не могла вернуться, — сказала она.
Лиар сжал губы.
Мерден у бокового стола сделал едва заметное движение, но Дарен сразу посмотрел на него. Мерден застыл.
— Почему? — спросил Эдвар.
Виола медленно обвела зал взглядом.
В её глазах снова появился страх. Уже не только перед Лиаром. Перед всеми. Перед последствиями каждого слова.
— Потому что если бы я вернулась, договор был бы сорван, — сказала она. — Отец сказал, что дом Эйрдан не переживёт позора. Потом лорд Лиар сказал, что север всё равно примет замену, если кольцо дойдёт. Мне велели ждать.
— Кто велел? — спросила Астара.
Виола закрыла рот.
Лиар вмешался:
— Леди устала. Её слова сейчас можно истолковать неверно.
— Она только что сказала достаточно, — произнёс Торн.
— Она сказала, что боялась позора своего дома, — быстро ответил Лиар. — Молодые девушки иногда поддаются панике. Родные пытаются их защитить. Компаньонка воспользовалась случаем и заняла место. Всё остальное — домыслы.
Виола резко повернулась к нему.
И вот в этом движении было столько ненависти, что я окончательно поняла: она не на их стороне.
Но она всё ещё в их руках.
— Виола, — сказала я мягче. — Вас привезли сюда, чтобы вы обвинили меня. Что вам обещали за это?
— Мне ничего не обещали.
— Тогда чем угрожали?
Лорд Лиар шагнул к ней.
Дарен сказал:
— Ещё шаг — и вы покинете зал.
Лиар остановился.
Не из уважения.
Из расчёта.
Виола смотрела на меня.
И в её глазах вдруг вспыхнуло что-то старое. Не гордость. Не прежняя жестокость. Обида. Почти детская.
— Ты всегда смотрела так, будто всё понимаешь, — сказала она. — Молчала, но понимала. Я ненавидела это.
Я не ожидала.
Честно.