— Может. Если кто-то его предупредил.
— Адвокат.
— Адвокат. Или кто-то в горкоме. — Я думал. — Нужно знать, где он сейчас.
— Как узнать?
— Митрич.
Горелов посмотрел на меня.
— Митрич знает, где Громов?
— Митрич знает всё, — сказал я. — Или знает того, кто знает.
Горелов кивнул.
— Иди. Я здесь подожду.
Я вышел.
Митрич был дома — в этот час он всегда был дома, если не пил с кем-то. Открыл быстро.
— Воронов. Срочно?
— Срочно.
— Зайди.
Я зашёл. Митрич смотрел на меня — серьёзно, без шуток.
— Громов Валентин Сергеевич, — сказал я. — Где он сейчас?
— Это зачем?
— Нужно.
Митрич думал секунды три.
— У него кабинет в горкоме и кабинет на заводе. На заводе сейчас ревизоры, он туда не ходит. В горкоме — может. — Пауза. — Есть ещё дача. В Малиновке. Туда он ездит, когда хочет исчезнуть.
— Малиновка — это далеко?
— Двадцать пять километров. По шоссе — полчаса.
— Он туда ездит на машине?
— Ну да. Колосов возил. — Митрич посмотрел на меня. — Колосов же уехал?
— Уехал.
— Тогда кто-то другой везёт. Или сам.
— Он умеет водить?
— Не знаю. Наверное.
Я думал. Дача в Малиновке. Если Громов захочет исчезнуть — он может туда. Оттуда — другой дорогой до трассы, потом поезд, Москва.