Свет стал красным. Тяжёлым. Как вода.
Я стоял в темноте и видел только линии контура. Они шли от меня к ядру. От ядра к отцу. От отца куда-то вниз. Очень глубоко. Очень далеко. В нулевой контур.
Там, в глубине, кто-то был.
Сначала я увидел только силуэт.
Потом голос.
Старый. Хриплый. Но знакомый до боли.
— Артём.
Я даже дышать забыл.
— Папа?
— Не дёргай цепь. Слушай.
— Где ты?
— Здесь. И там. Долго объяснять. У тебя мало времени.
Линии вокруг дрожали. Я чувствовал, как Коршунов давит в систему снаружи. Как тащит рычаг. Как хочет сомкнуть меня с первым контуром через насилие.
— Что мне делать? — спросил я.
— Не закрывай узел. Открой его вниз.
— Это безумие.
— Да. Потому и сработает.
— Я не держу нулевой контур.
— Держишь. Через меня. Через кровь. Они это поняли давно. Теперь пойми и ты.
Голос становился слабее.
— Если рвану вниз, что будет?
— Узел выберет заново. Уже без них.
— А ты?
Пауза была короткая. Всё равно тяжелее камня.
— Либо выйду. Либо уйду. Другого уже нет.
Я хотел спросить ещё. Не успел.
Снаружи ударило так, что весь красный мир дрогнул. По контуру пошли трещины света.
Голос отца в последний раз сказал:
— Бей в нулевую петлю. И не верь чужим записям про мою смерть.
Потом меня выбросило обратно в зал.