Я шагнул вперёд. Не думая.
Борисыч поймал меня за плечо.
— Стой.
— Отпусти.
— Там поле.
Я посмотрел под ноги.
Между нами и платформой шла сетка тонких красных линий. Низко. Почти у пола. Я бы влетел прямо в неё и, скорее всего, красиво сгорел.
— Слева обход, — сказала Вера.
Она уже смотрела по залу глазами бойца. Я смотрел как сын. Это плохо. В такие минуты голова тупеет. Я это знал. Всё равно тянуло вперёд.
У правого пульта стояли двое техников. Один что-то вводил в панель. Второй следил за шкалой. На верхнем балконе сидели двое серых. Ещё трое были у дальней стены. Коршунова в самом зале не видно.
— Где он? — спросил я.
— Внутренний кабинет слева, — сказал Борисыч. — Там стекло.
Я проследил взгляд и увидел тёмное окно над боковым блоком. За ним шевелилась фигура.
— План? — шепнула Лиза.
План был простой и дрянной. Как всегда.
— Вера снимает верхних. Гера режет свет на правом пульте. Борисыч держит дальнюю стену. Я и Лиза идём к платформе.
— Рисково, — сказала Вера.
— Да.
— Идём.
На такие разговоры много слов не надо.
Гера пополз к боковому щиту. Я ждал, пока он влезет за короб с кабелями. Вера уже взяла верхний балкон на прицел. Борисыч лёг у стойки с хорошим углом.
Я поймал взгляд Лизы.
— Рядом.
— Поняла.
Щелчок.
Свет в правом секторе мигнул и сел.
В тот же миг Вера ударила по балкону. Один серый рухнул сразу. Второй упал на колено и вслепую дал очередь вниз. Борисыч срезал одного у дальней стены. Я перелетел через первый кабельный короб и пошёл к платформе.
Зал взорвался звуком.
Крики. Выстрелы. Сирена. Красные линии по полу стали ярче.
Техник у пульта развернулся ко мне. В руке шокер-резак. Я врезал ему в челюсть с ходу. Он улетел в консоль. Второй пытался дотянуться до панели, Лиза ударила его в горло и сдёрнула вниз.