— Ты правда думаешь, что городу станет легче от твоей правды? — спросил его голос.
— Я думаю, он должен знать, на чём сидит.
— Люди не хотят знать, на чём сидят. Люди хотят, чтобы не рушилось.
— Тогда пусть выбирают сами.
— Ты всё ещё веришь в выбор. Значит, ты пока слишком снизу.
Вот это уже было про него лучше любой записи.
Не монстр, который любит кровь.
Администратор, который давно решил, что кровь — просто расход.
И я вдруг понял, что если не выбью ему сейчас этот автоматизм, потом будет только хуже.
— Ручной режим подтверждаю, — сказал я.
Контур взвыл.
Сразу весь.
Как будто я сунул лом в зубья огромного механизма.
Из коридора снаружи донёсся крик. Дверь дрогнула ещё сильнее.
— Они режут петлю! — крикнул Борисыч.
— Быстрее! — рявкнула Вера.
Лена стояла над панелью и материлась вполголоса так густо, будто этим одной могла держать башню.
Голос внутри сказал:
Подтверждение приказов снято с автоматического цикла.
Верхний контур переходит в спорный режим.
Немедленно используйте вещательный узел.
Я вывалился обратно в комнату так резко, что меня повело в сторону. Борисыч поймал за плечо.
— Стоишь?
— Пока да.
— Тогда шевелись. Дверь сейчас ляжет.
Анна быстро сунула мне тонкий накопитель.
— Здесь всё, что ты вытащил. Плюс мой доступ к эфиру на шесть минут. Больше не дам — просто сожгут.
— Хватит.
— Надеюсь.
Лена ткнула пальцем в потолок.