Переключение возможно.
Риск нейронной перегрузки — высокий.
Польза — критическая.
— Что она сказала? — спросил Борисыч.
— Что будет очень плохо, если не сделать.
— Ну, это мы уже и так по лицам читаем.
Я вцепился в новый контакт.
И в этот момент дверь дрогнула от удара снаружи.
Первый.
Потом второй.
Кто-то взялся за неё всерьёз.
Вера заняла угол и подняла ствол.
— Долго ещё?
— Минуту! — ответила Лена за меня. — Если он не сдохнет у меня на руках!
— Очень вдохновляет, — сказал я.
Голос внутри шёл уже почти без пауз:
Новый контур открыт.
Подтвердите ручной режим.
Внимание: внешний оператор сопротивляется.
— Романов?
Да.
— Конечно.
Я вдавил ладони сильнее.
Мир снова качнулся.
Но теперь это была не библиотека.
Это был узкий коридор из приказов.
Подписи. Печати. Подтверждения. Запуски. Блокировки. Страшная, скучная, огромная власть, которая не кричит, а просто двигает людей как строчки.
И где-то впереди снова стоял он.
Не лицом. Присутствием.
Тяжёлым. Уверенным.