— Четыре часа?!
— Да.
— И ты не открываешь?
— Нет.
— Почему?!
— Потому что он исчез на две недели.
— Но он вернулся!
— И что?
— Рита, мужчины не сидят под дверью четыре часа. Они уходят через десять минут. Максимум.
— Может, у него больше терпения.
— Или он правда тебя любит.
— Или хочет чего-то.
— Чего? Секса? За сексом четыре часа не сидят. За сексом идут в бар.
— Женя...
— Рита, открой дверь. Хотя бы посмотри на него. Он что, урод? Страшный? Противный?
— Нет.
— Тогда открой!
— Не могу.
— Почему?!
— Боюсь.
— Чего?
— Что если открою — всё начнётся сначала. И я снова... снова...
— Влюбишься?
— Разобьюсь.
Женя молчит.
— Рита, — говорит мягко, — ты уже разбилась. Две недели назад. Хуже не будет. А лучше — может.
— Ты не знаешь.
— Не знаю. Но он сидит. Это что-то значит.
Пять часов.
За окном темнеет.