Падение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ладно, забудь. Я тебе ничего не говорил. Он, должно быть, ждет подходящего момента.

Не слезая с мотоцикла, Алекс открыл мне калитку: она чуть заедала, и мне больно было ее толкать.

– А тот клуб, что ты в прошлый раз упоминал… Кто еще в нем? – спросил я.

– Ну клуб – это, пожалуй, громко сказано.

– Так кто же?

Он глуповато загоготал. Его зубы блестели в темноте.

– Бенуа и я. И ты.

– Вот как, – отозвался я безучастно.

Алекс воодушевился.

– Бенуа научит тебя обращаться с оружием. Честно, он сам мне это сказал. Он же дал тебе пистолет?

Я поднял футболку и показал ему кобуру.

– Вот видишь! Говорю же. Он найдет для тебя время. Он в тебя верит. Сам-то я к пушкам не очень. Вот нож – другое дело. Пусть просто висит на поясе, и все видят. Так честнее, я считаю. Полезут – будут знать, что их ждет.

Он крепко хлопнул меня по плечу – в моем нынешнем состоянии это был перебор. Я быстро шагнул в сад, за забор, подальше от него. Алекс завел мотор, вжал газ и поднял руку на прощание.

Я стоял и слушал, как он едет: гораздо быстрее, чем на пути сюда, уже не обращая внимания на выбоины и камни.

На кухонном столе были разложены кучками старые фотокарточки. Мать наклонилась над ними и рассматривала. На фото были дед и она сама ребенком.

– Тебя кто-то подвез? – спросила она, не поднимая глаз.

Она взяла одну фотографию, положила на место, взяла другую. Видно, пыталась разложить их в хронологическом порядке. По длине юбки и косичек на снимках можно было определить ее возраст.

– Что с тобой стряслось? – ахнула она, когда я ступил в яркий свет лампы.

Я рассказал, что продал одну из картин, а в Сёркль-Менье на меня напали и ограбили. Мать зажигала одну сигарету за другой. Слушала она внимательно, то и дело моргая. Стоявшая на столе пепельница была переполнена. Мне бросилось в глаза, что края или уголки некоторых фотографий были оплавлены, словно кто-то в последний момент выхватил их из огня. Я говорил и рассматривал снимки. На некоторых мать стояла рядом с дедом, на других – одна, с отсутствующим взглядом, не замечая объектива и глядя фотографу через плечо.

Мать попросила подойти поближе, чтобы осмотреть рану на верхней губе. Я наклонился к ней, и она мягко сжала мое плечо, чтобы повернуть меня к свету. Кобура пистолета под одеждой царапала мне кожу.

– И ты опять подстригся, совсем коротко.

По ее тону я заключил, что моему рассказу она поверила не до конца.

– Мне так больше нравится, – сказал я невозмутимо.

Мать глубоко, чуть ли не со стоном вздохнула. Посмотрела мне в глаза – долго и выразительно. Сигарета тлела у нее между пальцами.

– Лукас… – сказала она. – Не надо!

– Чего не надо? – спросил я, напрягшись, как всегда, когда она мне что-то запрещала.

– Вот этого всего, – хрипло ответила мать. – Не будь таким, как дед.

Она кивнула на фотографии, с которых мне улыбался еще молодой – темноволосый, без морщин – дед. Его взгляд был совсем другим, чем у матери: острые, как булавки, глаза смотрели прямо в объектив. Деда явно не волновало, как он выглядит.

– А каким он был? – спросил я, повысив голос. От этого в груди будто что-то оторвалось, и легкие болезненно засвистели, как дырявый аккордеон.

– Ты же его знал, – сказала она. – Ты помнишь, каким он был.