– Эй, мама может помочь сделать печенье, чтобы отослать его ему как-нибудь.
– Правда?
– Конечно. Хочешь спуститься к ручью?
– Давай.
И мы с Говардом и Косточкой завернули за гараж и пошли по узкой тропинке, змеившейся через прохладные, влажные леса. Мне нравилось, как здесь пахнет землей и мхом и как ноги щекочут травы, склонившиеся по сторонам тропы. Косточка трусил рядом со мной, постоянно останавливаясь, чтобы обнюхать дерево или корень, спрятанный в куче гниющих листьев. Я задумалась, ходил ли он по этой тропинке раньше. Могу поспорить, пес знал эти леса лучше, чем кто бы то ни было. Может быть, он даже спал под этими самыми деревьями.
Мне хотелось отцепить его поводок и дать ему свободно побегать, но я боялась. А вдруг он решит, что устал от меня и убежит, чтобы снова стать бродячим?
Когда мы добрались до ручья, Косточка чуть не столкнул меня, прыгнув в чистую, бурлящую воду. Мы с Говардом сняли обувь и ступали с камня на камень, пока Косточка резвился, разбрызгивая вокруг холодную горную воду.
– Это так приятно, – сказала я.
– Я знаю.
Говард балансировал на скользких камнях, и я была уверена, что он может упасть в любую минуту, но он не падал.
Косточка издавал самый уморительный на свете визг и щелкал зубами по воде, пытаясь поймать крошечных мальков, которые носились у камней.
– Посмотри на него! – воскликнули мы одновременно.
Я спрыгнула с камня на берег ручья и помахала Говарду.
– Иди сюда, быстро! – закричала я. – Цепляемся мизинчиками.
– Что?
– Цепляемся мизинчиками. Мы оба сможем загадать желание.
– Да?
Я кивнула:
– Если два человека произносят одну и ту же фразу одновременно, они сцепляются мизинцами и загадывают желание. Меня этому Джеки научила.
Тогда Говард прыгнул на берег, и мы сцепились мизинцами. Я закрыла глаза и загадала желание.
– Ты загадал? – спросила я.
– Нет.
– Почему нет?
Он наклонился и стал водить рукой по воде, разгоняя мальков:
– Мне особо нечего пожелать.
Я покачала головой. Как такое может быть, чтобы человеку нечего было пожелать? Я имею в виду, даже если ты просто хочешь, чтобы у тебя не было бородавки на пальце или чтобы не пришлось есть овсянку на завтрак, – это значит, что у тебя все-таки есть какое-то желание.
– Ну боже мой, Говард. Должно быть что-то.
– Ну, вообще-то, есть кое-что, чего хотелось бы особенно.
Тогда мы сцепились мизинчиками снова, и он закрыл глаза.
– Загадал желание? – спросила я.