– Нет, мэм.
– А как насчет битья одноклассников? – заявила Одри.
Тут Говард, сидящий рядом со мной, начал бормотать одними губами:
– Ананас. Ананас. Ананас.
Может, из-за того, что мы были в церкви, но случилось чудо. Мне удалось побороть свой характер и заставить гнев уняться. Я улыбнулась и крепко сжала губы, чтобы не выдать ничего, что разрушило бы этот волшебный момент. А потом еще одно чудо будто влетело через окно воскресной школы, расположилось у меня на плече и велело произнести:
– Не стоило тебя так бить и толкать, Одри. Мне очень жаль.
Ну, скажу я вам, это совершенно выбило девчонку из колеи. Ее брови высоко приподнялись, у нее открылся рот и тогда она выдавила:
– Ничего страшного.
После воскресной школы, по пути в общий зал, Говард похлопал меня по спине и произнес:
– Отличная работа, Чарли. Я же говорил, что трюк с ананасом сработает.
Я считала минуты до последнего дня школы. Когда он наконец пришел, я прискакала на остановку автобусов в сапогах мажоретки Джеки. Мне было наплевать на то, что в них жарко и что они натерли ноги, я гордо прошагала по проходу и подмигнула хихикающим девчонкам, как посоветовала сделать Джеки.
– Просто подмигни им, – сказала она по телефону однажды вечером. – Это собьет их с толку, и они не будут знать, что им делать.
Но одна из девчонок продолжила хихикать, когда я уселась рядом с Говардом и отдала ему один из банановых кексов Берты.
– Спасибо, – поблагодарил он. Потом он разделил его пополам и начал выбирать изюм, складывая его в небольшую кучку на сиденье между нами.
– Косточка разрыл ночью какие-то бобы.
– Ой. – Говард откусил от кекса и поморщился. Потом он извлек изюм из рта и добавил его в кучку на сиденье. – Гас рассердился?
– Нет. Он только попросил, чтобы я больше не пускала его в огород.
– Берта разозлилась?
Я покачала головой:
– Она рассказала историю про собаку двоюродного брата, которая поела у него в огороде кукурузу прямо с початков и ей было так плохо, что она чуть не умерла.
Пока автобус проезжал через горы, я думала о старой школе там, в Райли. Было такое чувство, будто я прожила в Колби всю жизнь и я совсем ничего не слышала ни о ком из тамошних моих так называемых друзей, кроме Карлин Морган. Она послала мне открытку с изображением Капитолия, к которому класс ездил на экскурсию.
«Повезло, что тебе не пришлось ехать. Было скучно. ЛОЛ», – писала она.
Джеки призналась, что видела мою лучшую подругу, Альвину, в кино с какими-то девчонками из отряда герлскаутов.
– Она спрашивала про меня?
– Нет, но я сказала ей, что у тебя все хорошо, – ответила Джеки.
Все хорошо?
Ха!
Откуда Джеки знать?
Она была слишком занята своей идеальной жизнью у Кэрол Ли, чтобы думать обо мне. Она уже почти перестала звонить.
Однажды, когда я была в третьем классе, я пошла вместе со Склокой на кладбище, чтобы посмотреть, где похоронен его папа. Мы нашли покрытый мхом могильный камень с надписью: «Альберт Юджин Риз». Сверху была надпись: «Ушел, но не забыт». Я не лежала в сырой холодной земле, как Альберт, но я уехала, и меня забыли.