— Хорошо, что ты здесь, — говорит Генри, заполняя дверной проем.
Мне требуется мгновение, чтобы ответить — рот от неожиданности приоткрывается.
— Что ты здесь делаешь? — Я осматриваю его с головы до ног, и в животе взмывают бабочки, заставляя забыть о стрессе. Он по-прежнему сводит меня с ума одним видом — черные брюки сидят так, будто сшиты специально для тела, привыкшего к жиму ногами в спортзале. Рубашка расстегнута, под ней — белая футболка с V-образным вырезом, обтягивающая настолько, что очерчивает рельеф груди и пресса.
— Я здесь живу.
— Ты здесь живешь? — Взгляд скользит за его спину, выхватывая фрагменты белого дивана, мехового ковра и деревянного столика в деревенском стиле.
— Пока нахожусь на Аляске, да. — Его гипнотические голубые глаза скользят по моей униформе, смущая меня. Я и так чувствовала себя неловко в этом наряде. Юбка облегает тело от бедер до колен. Хорошо, что наклоняться в ней неудобно — разрез сзади слишком высокий. Блузка сидит плотнее, чем я ожидала, и не знаю, то ли это дизайн, то ли моя непропорционально пышная грудь. Сверху не хватает как минимум двух пуговиц для моего комфорта. Наклониться, не сверкнув декольте, не получится. В целом, это скромный профессиональный наряд, который на деле не такой уж скромный и профессиональный. Но, видимо, все девушки-координаторы носят такое, так что придется смириться.
Генри делает несколько шагов назад — он босиком — и жестом приглашает войти. Я следую за ним, и ноздри наполняются ароматом мыла и лосьона после бритья. Его волосы еще влажные от душа. Я наконец отрываю от него взгляд, потому что пялюсь, и перевожу его на стеклянную стену от пола до потолка. За ней простирается водная гладь.
— Красивое место. — Внутри стены и потолок коттеджа полностью деревянные. Не уверена, что за порода, но у нее сероватый оттенок, гармонирующий с мягкой палитрой белого, серого и кремового в декоре. Очевидно, что первоклассный дизайнер приложил руку к каждой детали. Я запрокидываю голову, чтобы полюбоваться двухэтажным сводчатым потолком и массивными балками, тянущимися по периметру.
— Круто.
— Люблю высокие потолки, — легко поясняет Генри, направляясь к обеденному столу, сервированному службой обслуживания номеров. Он наливает себе кофе. — Тебе налить?
В ответ я поднимаю бумажный стаканчик.
На его губах появляется сексуальная ухмылка.
— Обещаю, этот лучше.
Пока он наливает вторую чашку, мой взгляд скользит к раздвижной двери справа, полуоткрытой. За ней видна спальня, на кровати беспорядок из простыней. Тело начинает гудеть от мысленного образа Генри, запутавшегося в этих простынях. Он что-то надевает? Или спит голым?
— Эбби?
— Да? — Я резко поворачиваю голову к Генри и вижу, как он держит сливки над моей чашкой.
— Сливки и сахар?
— Да, пожалуйста.
Он молча готовит кофе и ставит чашку передо мной.
— Спасибо. — Я делаю большой глоток и тихо стону. Он прав — по сравнению с этим кофе из домика персонала на вкус как грязь.
Он молча наблюдает, как я наслаждаюсь кофе, положив руку на обитую дамасской тканью спинку стула, пока я не начинаю ерзать под его интенсивным взглядом.
— Почему ты велел Белинде перевести меня сюда? Я не имею ни малейшего понятия, как обслуживать твоих богатых гостей. Я всех разочарую.
Тебя в первую очередь.
Он ставит кружку.
— Ты здесь не для того, чтобы обслуживать моих богатых гостей. Я хочу, чтобы ты работала на меня.
Я не понимаю, о чем он и хмурюсь.
— Я думала, что уже работаю на тебя.
— Не как сотрудник Wolf Cove. Как моя личная ассистентка.
— Твоя личная ассистентка, — повторяю я, немея от удивления.
— Моя ассистентка недавно уволилась, и мне нужен кто-то, кто поможет мне все организовать, кому я могу доверять. И, честно говоря, кто позаботится обо мне. Оглянись — тут просто бардак.