— Среди этих объектов были отели?
— Да. — Никогда не говори «нет» на собеседовании. Всегда находи способ сказать «да».
— Расскажите о них.
Чёрт. И вот оно. Я никогда не умела врать.
— Только один. «Инн». Это... фешенебельный гостевой дом. — Три комнаты в старом викторианском доме, которым владеют Перри и Венди Роудс. Я слышала, что одна из комнат оформлена в кошачьем стиле. Обои с котиками, подушки с котиками. Котики повсюду.
По тому, как сжимаются её накрашенные губы, я понимаю, что это не тот ответ, которого она ждала.
— Хорошо. Также я вижу, что вы работали по выходным в заведении под названием «Жемчужина».
— Да, это — ресторан моей тёти и я помогала ей в высокий сезон. — У меня были сомнения, стоит ли указывать тётю Мэй в качестве того, кто может дать рекомендацию. Не факт, что она хорошо отзовется обо мне, если это будет означать, что я не вернусь в Гринбэнк на лето. Мама с неё шкуру сдерет, если узнает, что она мне помогла.
— Что это за заведение?
— Семейный ресторан.
— То есть не высокая кухня?
Я вздыхаю.
— Нет, я бы так не сказала. — Горячие сэндвичи с индейкой и кола из фонтанчика — это не «высокая кухня».
— Вы профессионально убирали дома…
— Нет. — Она замолкает, видя, как я яростно трясу головой, морщась от одной мысли об этом. Целый день возиться с пододеяльниками? Нет уж, спасибо.
— Также я вижу, что вы работали администратором.
Наконец-то вопрос, на который я могу ответить честно.
— Да. Я годами подрабатывала в офисе своей церкви. И сейчас помогаю, когда приезжаю домой на лето.
— В чём именно заключались ваши обязанности?
— Отвечала на звонки, назначала встречи для пастора. Также вела церковную бухгалтерию и организовывала ежегодный благотворительный барбекю «Уик-энд жареной кукурузы» для прихода. — Это то, чем мне не захочется заниматься этим летом, но мама и пастор всё равно заставят, если я вернусь в Гринбэнк.
Она пробегает глазами анкету.
— Вы еще учитесь. — Она замолкает, и я понимаю, что должна ответить.
— Да. Еще год до степени бакалавра гуманитарных наук. — Правая сторона лица горит от жара лампы. Наверное, так чувствуют себя на допросе. Сколько это ещё продлится?
— Можете ли вы посвятить четыре месяца работе по контракту — с мая по август?
— В North Gate учёба начинается в сентябре, а сессия заканчивается в конце этого месяца, так что проблем не будет.
Она улыбается.
— Хорошо. Какие у тебя планы после колледжа, Эбби?
У меня вытягивается лицо, прежде чем я успеваю взять себя в руки. Этот вопрос застаёт меня врасплох. Она спрашивает о следующем годе, а я пока пытаюсь пережить сегодняшний день, завтрашний и это лето. В идеале — на Аляске.
Тут нужно солгать и сказать, что мечтаю о карьере в Wolf Hotels? Несколько мгновений я обдумываю свой ответ и, наконец, решаюсь сказать правду.
— Честно? Я не знаю. Я должна была выйти замуж и помогать на семейной ферме, но мы с моим женихом... — Я прерываю себя глубоким вдохом, а затем смущённо улыбаюсь. Неуместно для собеседования. — Моя личная жизнь сейчас в подвешенном состоянии, — говорю я вместо этого, мой голос становится хриплым, глаза горят от подступающих слез. Всё ещё слишком свежо, слишком больно. — Наверное, вернусь домой, там моя семья.