Откусываю. Хрустящее тесто, внутри — густая сгущёнка, чуть подгоревшая по краям. Вкус детства. Вкус счастья.
— Неплохо, — говорю я, стараясь не выдать эмоций.
Оля смеётся.
— «Неплохо»! Ты видел их лица?
Оглядываю зал. Гости едят, восхищаются, обсуждают. Некоторые уже спрашивают, когда можно будет покупать. Кабанский записывает предзаказы.
— У тебя получилось, — шепчет Оля, прижимаясь ко мне.
Улыбаюсь.
Атмосфера праздничная. Музыканты играют что-то лёгкое, весёлое. Люди смеются, разговаривают. Алиса беседует с какой-то дамой — оживлённо, почти весело.
Всё идёт прекрасно.
Слишком прекрасно. Не люблю это чувство. Озираюсь по сторонам, уверен, кто-нибудь обязательно захочет испоганить мне этот день.
Комната на окраине города
Игнат Прохоров ждёт в темноте, нервно кусая ногти. Свеча на столе почти догорела, пламя бросает дрожащие тени на стены.
Столько времени прошло с тех пор, как его долг выкупили. Ожидание убивает. Он знал — рано или поздно придут. Потребуют «услугу».
И вот — пришли.
Дверь открывается без стука. Входит человек — тот же, что приходил раньше. Неприметное лицо, цепкие глаза.
— Султан доволен, — говорит он вместо приветствия. — Ты хорошо себя вёл. Не пытался бежать, не болтал.
— Я… я понимаю, с кем имею дело.
— Хорошо, — посредник садится на единственный стул. — Тогда перейдём к делу. Ты готов?
Прохоров сглатывает. Руки дрожат.
— Да…
— В городской тюрьме сидит человек. Его нужно освободить.
— Как⁈ — Прохоров вздрагивает. — Я не…
— Тебе помогут, — обрывает посредник. — Охранники подкуплены. Твоя задача — встретить его снаружи. Отвезти в безопасное место и допросить.
— Допросить? О чём?
— О графе Скорпионове. Всё, что он знает — связи, слабости, планы. Записывай каждое слово.
Прохоров бледнеет.
— А потом?
Посредник смотрит на него холодно.
— Избавься. Его не должны найти.
Тишина. Прохоров чувствует, как сердце колотится в горле.