Поместье после землетрясения выстояло — старые стены крепкие, строили на совесть. Но несколько трещин по фасаду появилось, одна из каминных труб накренилась, и в подвале лопнула бочка с вином. Мелочи, но неприятные.
Куда серьёзнее — новости из города.
— Жертвы есть? — спрашиваю Олега, когда он приходит с докладом.
— Пока неизвестно. Но из порта сообщают — там что-то вылезло. Небольшое, быстро убили. Остальные разломы пока молчат.
Три разлома. Одновременно. Землетрясение разорвало ткань между мирами сразу в нескольких местах.
Интересно, а я уже думал, что новых разломов такого уровня не появится. Уже несколько месяцев прошло, мы только что и делаем — бегаем и закрываем всякую мелочь.
А тут что-то крупное и опасное.
— Свяжись с Кабанским, — говорю я. — Срочно.
Олег кивает, выходит. Через десять минут возвращается с мобилетом.
— На связи, господин.
Беру трубку.
— Давид?
— Всеволод! Слышал про разломы?
— Слышал. Бери оба отряда, закрывайте. Все три разлома. Распредели людей, работайте параллельно.
— Понял. А ты?
— Подъеду позже. Сначала разберусь с последствиями здесь.
— А как же открытие? — в его голосе слышится беспокойство. — Вечером же…
— К вечеру управимся. Сначала — безопасность города. Потом — праздники. Совместим с очередным нагибанием Косатки, — позволяю себе усмешку.
Кабанский молчит секунду. Потом тоже позволяет себе хмыкнуть.
— Отличный план. Выдвигаемся.
— Держи меня в курсе.
Отключаюсь.
Сажусь в кресло, смотрю в окно. Утреннее солнце заливает сад, птицы поют. Мирная картина. Но в голове — совсем не мирные мысли.
Землетрясение опять открывает разломы.
Значит, сильные колебания земли — или воды — могут разорвать ткань реальности. Создать проход между мирами. И почему мне это в голову раньше не пришло?
А что, если использовать это?
Морской монстр. Тот, что на дне. Которого мы не можем достать. Может, это выманит его на поверхность?
Идея сырая, но в ней что-то есть. Я чувствую.
Нужно обдумать. Поговорить с Фёдором — может, он придумает, как создать локальное землетрясение. Контролируемое, без разрушений.
Но это потом. Сейчас — открытие кондитерской. Люди готовились, Кабанский вложил деньги и душу. Нельзя всё испортить.