Игнорируя его попытку привлечь внимание, я обращаюсь к водителю:
— Джоэл, пожалуйста, отвези меня домой.
— Они будут там ждать, — напоминает Истон.
— Я справлюсь. И я сказала, что не хочу тебя видеть.
— Ты села в машину и с тех пор почти на меня не смотришь, — спокойно отвечает он. — В этом смысле ты в безопасности.
— Рада, что тебя это так развлекает, но в спасении я сегодня не нуждаюсь.
— Ты, впрочем, никогда особо в нем и не нуждалась, верно?
— Я бы так далеко не заходила. Когда мы познакомились, я была чертовски близка к самообману.
— У тебя были грандиозные мечты о настоящей любви.
— Ага, — бросаю я. — Мы оба видим, чем это закончилось.
Тишина.
— Джоэл, — тихо окликает Истон.
Через минуту Джоэл съезжает к оживленному торговому центру и выходит из внедорожника. Я молча сижу, ожидая. Но долго ждать не приходится.
— Ты можешь и дальше кормить меня чушью. А можешь наконец поговорить со мной по-настоящему. В любом случае я вижу то, что ты не говоришь, красавица.
Не смотри на своего прекрасного бывшего мужа, Натали. Не смотри.
— Это называется самосохранение, — огрызаюсь я. — Тебе бы тоже не помешало как-нибудь попробовать. Хотя сомневаюсь, что измученный художник, живущий внутри тебя, позволит это сделать ради долгой и успешной карьеры.
— Я знаю, что реально.
— Да, ты уже говорил, — отвечаю я и всё же поворачиваюсь. Его взгляд темнеет. — Перестань так на меня смотреть.
— Как именно?
— Как будто я — ответ, — цежу я с горькой усмешкой. — Очевидно же, что это не так.
— Правда?
— Нет. Я, блядь, пятно. Помнишь?
Тишина тянется, пока я наконец не решаюсь украдкой взглянуть на него. Истон смотрит в окно. На языке вертится слишком много вопросов, но я не могу их задать. Поэтому выбираю дипломатичный путь.
— Эл-Эл… он в порядке? Я читала, что он идет на поправку, но как он сейчас?
— С ним всё будет нормально, но он был на грани, — отвечает Истон. — К его полному и абсолютному неудовольствию, на всё время нашего зарубежного тура он будет под жестким медицинским контролем. А дальше будем смотреть по ситуации.
— Вы… наладили отношения?
— Да, — Истон кивает. — В нем куда больше, чем я сначала думал. Хотя, с другой стороны, он всё равно остается Эл-Элом, — его грудь едва заметно вздрагивает от беззвучного смешка.
— Я знала, что дело не в наркотиках, — с облегчением говорю я.
— Он хотел эту мечту, — тихо произносит Истон. — Настолько сильно, что рискнул ради нее жизнью.
В голове вспыхивает еще десяток вопросов, но я не могу их задать. Не могу, потому что знаю: если начну, мне захочется копать глубже. В этом мужчине нет ничего, чего бы мне не хотелось знать.