— Не специально, — отвечает он, проглатывая остаток улыбки, пока несет меня к деревьям. Добравшись до выбранной им точки, он аккуратно ставит меня на ноги на буро-зеленую траву. Прохладный ветерок мгновенно сковывает меня, а следом нас обоих накрывает запах коровьего дерьма. Мы встречаемся взглядами, когда эта вонь окончательно добивает момент, и разражаемся смехом.
— Ну да, — смеется он. — Теперь понятно, почему ты считала это место волшебным.
— Заткнись.
— Просто признай, из нас двоих ты куда более дерьмовый гид.
— Да хоть так. Меня загнали в угол, пришлось импровизировать, и вот что получилось. Пожалуйста. Можешь хоть сейчас вызвать Джоэла обратно, — отмахиваюсь я и сажусь на холодную траву, глядя в безоблачное раннее небо.
— Неа, — он крутит между пальцами сорванную травинку, усаживаясь рядом. — Это идеальное место.
— Ладно, я здесь, и я мерзну. Выкладывай.
— Сейчас, — говорит он. — Просто поговори со мной немного.
— Зачем?
— Потому что ты единственная, с кем мне вообще хочется разговаривать. И я всё это просрал. Так что, пожалуйста, Натали, потерпи меня немного.
Он на мгновение всматривается мне в глаза, и я киваю. Через десять минут ни к чему не обязывающей болтовни подъезжает Джоэл и открывает багажник внедорожника.
— Что происходит?
Истон встает.
— Посиди здесь.
Через пару минут он возвращается ко мне, нагруженный по уши. На одном запястье болтается пакет, в руках пенопластовый холодильник, сверху которого уложены плотные сложенные пледы, а поверх них — перевязанная рукопись. Я поднимаюсь и помогаю расстелить один плед, в другой закутываюсь сама, пока он выкладывает пакет со снеками и термос с кофе. Открыв холодильник, я обнаруживаю внутри соки, воду и пиво.
— Серьезно, Джоэл — просто волшебник, — говорю я, доставая бутылку воды.
— Да, это точно, — соглашается Истон. — Не странно, что мой лучший друг на двадцать лет старше меня?
— Нет. Совсем нет. А что, кто-то тебе это сказал?
— Да. Но ты же знаешь, мне плевать на чужое мнение, — он смотрит на меня с нажимом, и я читаю между строк.
Кроме твоего.
Я отмахиваюсь от нового холода, пробежавшего по спине, и перевожу взгляд на рукопись.
— Пора говорить начистоту, Истон.
— После нашего разрыва мне было так тяжело, — начинает он. — Это никогда не ощущалось правильным. Ни разу. Я не мог понять, почему самое красивое и умное существо, которое когда-либо появлялось в моей жизни, оказалось не для меня… — он качает головой и сглатывает.
Пожалуйста, Боже, будь милостив.
— Я немного сорвался, потом просто всё игнорировал. Но в итоге понял, что обязан разобраться, иначе покоя мне не будет. История с Эл-Элом окончательно меня добила. И именно в ту ночь я осознал, что ответ на всё, что меня мучило, уже несколько месяцев лежит у меня в сумке.
Он переворачивает обложку рукописи.
— Я видела фильм.
Он качает головой.
— Это книга, которую написала моя мама. Вся история. Целиком.
Я беру ее в руки, ощущая вес.