Но её рыдания всё ещё звучат. Я зажмуриваюсь. Может, я и правда веду себя как придурок. А может… ей пора повзрослеть. Жизнь — дерьмо. Чем раньше она это поймёт — тем лучше для неё.
Всхлипы не прекращаются. Я выкручиваю громкость.
Соберись, лютик.
Глава 5
Грейс
Когда Луиза рассказала мне всё, через что прошёл Макинли, я была в шоке. Ему повезло вообще вернуться домой. Но даже эти мысли сейчас не помогают сдержать мой гнев, пока мы стоим друг напротив друга в проёме прачечной.
— Я сказал, что справлюсь сам, Грейс.
— А я сказала, что это моя работа. И будь я проклята, если ты отнимешь у меня хоть что-то, Роулинс, только потому что с какой-то стати ты сегодня встал не с той ноги!
— Не с той ноги...
Он трет щёку, покрытую светлой щетиной, и закатывает глаза к потолку. Второй рукой вцепившись в костыль, как будто от этого зависит его жизнь. Судя по тому, как он сегодня шатается, может, так оно и есть.
— Сосредоточься на своём восстановлении и позволь мне заняться всем остальным.
Он снова смотрит на меня — взгляд яростный, упрямый. А потом отходит от дверного проёма, где только что меня преграждал. Я прохожу мимо с его корзиной для белья.
— Кстати, я забыла сказать: Адди сегодня заедет, чтобы объяснить твою программу — на случай, если я смогу помочь.
— Конечно, заедет, — бурчит он, отводя взгляд. — Прямо мечтаю о твоей, блядь, помощи.
Стук в дверь отвлекает его. Он переводит взгляд в сторону, а я включаю стиралку и засыпаю порошок, злая до кончиков пальцев. Закончив, иду на кухню загружать посудомойку, с настроением человека, которому надо что-то выместить.
На кухне стоит парень, немного младше Макинли, опирается на стол. Завидев меня, он отталкивается от стойки и протягивает руку.
— Привет. Рид, младший брат Мака. Ты, должно быть, Грейс. Руби всё про тебя рассказала.
— Привет. Да, я встречалась с вашей женой на прошлой неделе. Спасибо ей ещё раз, что помогла мне с этой работой, ладно? — Я бросаю на Макинли взгляд сбоку.
Тот тоже глядит на брата и закатывает глаза. Рид улыбается — ослепительно. Глаза у него зелёные, как у матери. Он производит впечатление добряка.
— Не позволяй этому мрачному засранцу выёживаться, Грейси. Если начнёт — дай ему сдачи. И побольше.
Грейси.
Никто меня так не называет.
Так просто, будто само собой. У этого парня в харизме купаться можно. Рядом с ним мистер «Шипящий Гремучник» Макинли выглядит просто грубым и злобным. Я с трудом сдерживаю усмешку и киваю.
Рид снова улыбается и оборачивается к брату.
— Я закончу с забором и перегоню молодняк к восточной стороне. Завтра загляну, проверю воду, окей?
— Конечно, ганс, как скажешь.
Рид качает головой и хлопает его по плечу, перед тем как бросить на меня последний добрый взгляд. Мне он уже нравится. И Руби. Видно, что они отличная пара. Даже по тому, что я успела увидеть на ранчо R & R, они построили что-то потрясающее.
— Я собираюсь съездить в Льюистаун за продуктами. Тебе что-то нужно? Или хочешь поехать со мной? — спрашиваю я.
Макинли отмахивается, уходя на диван — в который уже в который раз с тех пор, как я здесь. Он — само воплощение самосожаления. Я понимаю, что восстановление тяжёлое, и боль берёт верх, но ведь это затворничество точно не помогает. Моё раздражение отступает, уступая место сочувствию.
— Знаешь, я до сих пор иногда теряюсь в городе. Может, поедешь со мной?