Сто пудов. Взгляда не отведу, из рук не выпущу.
– Советую наоборот, держаться подальше. Если что, Соня тебя наберет.
– Вы же знаете, мы давно дружим…
– А я не первый год на свете живу и женат на младшей сестре друга. Так что не вешай мне лапшу на уши. Ясно?
Илья Захарович отключается, а я все пытаюсь прогнать похабные видения из своего воображения.
Блядь. «Если что, Соня тебя наберет».
Ага, разбежалась она. От нее дождешься. Сейчас ей звонить точно не стоит, потому что Жданова сто пудов в бешенстве, что мать навязала ей присмотр, а через пару часов можно прям подъехать.
– Ну, что он хотел? – недовольная мама выглядывает ко мне на балкон. – Я ничего не поняла, машины с улицы шумят.
– Ты подслушивала? – охереваю я.
– Естественно, – невозмутимо отвечает она.
– Капец, мам. Как насчет приватности? – ехидное мамино лицо говорит, что она где-то слышала это слово, но считает его глупостью. – Он просто предупредил, что уезжает, и Соне может понадобиться помощь.
– Точно?
– Точно.
Мама сверлит меня недоверчивым взглядом.
– Тогда отвези сестру на курсы.
Из-за ее спины раздается стон отчаяния и протест:
– Мам, я сама! Я успеваю!
Ага, чует жопой, что пришел мандец.
– С удовольствием, – скалюсь я. – Жду тебя у машины через пятнадцать минут.
Время из вредности назвал. Ритка – пиздец, копуша. И никогда вовремя не успевает. У нее и сейчас только одна бровь нарисована. И кофе мерзнет на кухне.
Ясен пень, она ни хрена за пятнадцать минут не соберется, но будет торопиться и психовать.
Когда сестра спускается к тачке, я злорадствую. Сегодня тотемное животное Ритки – шершень.
– Ты специально, да? – шипит она, падая на переднее сидение.
– Да, – завожу я мотор и начинаю головомойку. – Вчера от публичного позора и прилюдной порки тебя спасла Соня, но скажи мне, Маргарита Батьковна, что непонятного я сказал, когда велел держаться от Каримова подальше? Я, кажется, по-русски неплохо говорю, или ты у нас тупенькая?
– Сам ты Жданову лапал и не стремался! – огрызается малявка, добавляя себе минусов в карму. – Опять начнешь заливать, что вы просто друзья?
Ритка с самого детства дразнила нас с Соней: «Тили-тили-тесто, жених и невеста».
– Тебя не касается! – рявкаю я, на секунду представив, что Жданова отправит меня во френдзону. Ну нах. Не. Усаживаться на скамейку вечно запасных рядом с Дениской я не собираюсь. – Я хочу услышать от тебя: «Хорошо, Рэм. Я больше не буду вешаться на Каримова».
– Иди в жопу!
– Увижу вас вдвоем – отберу у тебя мобильник, выкину на хер с балкона твой сраный дайсон и выложу в сеть фотки, которые я сделал после твоей днюхи на шестнадцатилетие, когда ты обнимала унитаз.
Ритка, надувшись, отворачивается.