— А сердце?
Я захлёбываюсь. В прямом смысле: чай в нос, глаза слезятся, кашель.
Нэсса замирает с яблоком на полпути ко рту. Тэйла приподнимает бровь, продолжая медленно жевать. Лира сияет, как будто только что выиграла спор.
— Ты ужасна, — хриплю я, проводя обеими руками по лицу.
— Так и знал, — бормочет в кружку Фенрик.
Дариус, крайне «полезно», молчит, но при этом даже не моргает.
— Ты увиливаешь, — Лира толкает меня носком ботинка под столом.
Разумеется, я увиливаю.
Последние несколько дней я делаю вид, что этой связи не существует. Что она не гудит между нами, как второе сердце. Что она не подхватывает мои мысли. Мои чувства.
Что она не натягивается сильнее каждый раз, когда он оказывается рядом.
И мы были так близко. Боги, мы были прямо там. Он начал впускать меня. А я… отступила. Дёрнулась. Позволила страху встать на пути.
Теперь он отдаляется, и я чувствую это. Каждый миг, когда он не смотрит на меня. Каждую тянущуюся слишком долго паузу. Я вижу это по тому, как напрягается его голос, когда мы разговариваем.
Я чувствую это в этой ёбаной связи.
Сейчас она тише. Не исчезла. Просто… затаилась.
Я вздыхаю и запихиваю в рот кусок хлеба: так безопаснее, чем говорить.
Лира склоняет голову, опираясь щекой на кулак, не отрывая от меня взгляда.
— Ты сегодня другая, — говорит она, глядя на меня так, будто ждёт, когда я сама это признаю.
Слова попадают слишком метко, слишком прямо. Я замираю, не дожёвывая. Горло сжимается вокруг куска хлеба, словно я пытаюсь проглотить камень.
Она права.
Одно дыхание я молчу. Но могла бы заговорить.
Могла бы сказать ей, что больше не боюсь. Что устала делать вид, будто эта связь — просто магия. Что я выбираю это. Что я выбираю его.
Но, прежде чем успеваю открыть рот, стол накрывает тень. И сразу воздух вокруг меняется. Потому что он здесь.
Тэйн.
Тарелка в руке, лицо закрытое, спокойный, неразборчивый взгляд, который появляется у него, когда он становится Военачальником.
Только сейчас я вижу то, чего раньше не замечала: как его плечи напряжены чуть меньше, чем обычно. Почти мягкий оттенок в его взгляде, когда он встречается с моим. Едва заметный сбившийся вдох, когда он меня видит.
Воздух между нами натягивается, как струна. Никто за столом не произносит ни слова.
Фенрик переводит взгляд с него на меня и медленно отпивает чай, будто пытается спрятаться за кружкой. Брови Дариуса ползут вверх. Нэсса прочищает горло. Тэйла пинает Лиру под столом.
Лира даже не дёргается. Просто делает глоток и бурчит:
— Время — то ещё дерьмо.
— Утро, — его голос ровный. Спокойный. Слишком спокойный. Будто он не держал меня на руках прошлой ночью. Связь гудит под кожей, как крылья колибри.