— Небольшой шанс, — поправилась я, — что мы можем потерпеть неудачу. Вот почему я пришла сегодня. Я хотела предупредить, чтобы ты могла подготовиться.
Я подумала о том, что сказал мне Холланд, и о людях снаружи с их корзинами и мешками.
— Но, думаю, ты уже начала это делать.
— Да. Начала, — сказала Эзра, ослабив хватку на ручке кресла. — Ты знаешь, что я думала по поводу того, как велась работа с Гнилью. Я чувствовала, что мы должны делать все возможное, чтобы создать кладовые для людей, а не только наши собственные.
— Людей, которых мы видели по пути сюда? — спросил Никтос, задавая свой первый дружелюбный вопрос.
— Мы открыли что — то вроде продовольственного банка, куда люди могут приходить в определенные дни, в определенное время, если у них есть потребность, — объяснила она. — Я также веду переговоры с Королем и Королевой Терры в надежде укрепить их веру в Ласанию. Полагаю, я преуспела в этих переговорах, — появилась небольшая улыбка. — Я считаю, что нам просто нужно доказать, что союз с нами выгоден. Мой отец, упокой боги его душу, никогда не был так хорош в передаче информации.
Мне удалось сдержать раздражение. Эзра любила своего отца, а я… Мой взгляд переместился на то, что должно было стать его троном.
— И как ты преуспела в этом? — спросил Никтос.
Я тихонько вздохнула. Не думала, что Никтосу было так уж интересно, что делает Эзра. Возможно, он просто не давал мне проболтаться о том, что я натворила.
Что я, скорее всего, и сделала бы.
А Эзре не нужно было этого знать.
— В отличие от нас, у них много плодородных полей, готовых к посеву, — сказала она. — Но у нас в изобилии есть одна вещь, которой нет в Терре. Труд. Оплачиваемый труд, с привлечением тех, кто хочет переселиться в Терру — по крайней мере, на часть года. Наши переговоры идут хорошо.
Это было очень умно.
— Но если Гниль продолжит распространяться… — она запнулась.
Я кивнула.
— Она уже распространилась?
— Немного больше. Мы потеряли еще несколько ферм, но она не ускорилась или что — то в этом роде, — подтвердила Эзра. Я подумала о Мэсси, зная, что их ферма должна быть одной из тех, которые были потеряны.
Мои брови поднялись.
— Ты не думала, что мне удастся убить его?
— Я не была уверена, что ты преуспеешь в том, чтобы заставить его влюбиться в тебя, — поправила она.
— О, — пробормотала я.
— Ты немного… темпераментная. И у тех, кто рядом с тобой, есть склонность к поножовщине, — начала Эзра с широкой ухмылкой. — Я подумала, что ты, вероятно, убьешь себя, если проявишь нетерпение и просто ударишь его ножом.
Никтос коротко рассмеялся.
— Это было невероятно проницательно.
Я сузила на него глаза.
Эзра открыла рот, закрыла его, а затем попыталась снова.
— Ты меня очень… смущаешь.
Никтос уставился на нее.
— Правда?
Она кивнула.