— Мне тоже это не нравится, — сказал он, и я бросила на него недоверчивый взгляд. Его брови опустились и сошлись вместе. — Но, это неизбежно, они увидят тебя, и даже с заклинанием желательно провести коронацию до того, как это произойдет.
— А если мы этого не сделаем?
— Никто из них не посчитает, что твое прибытие в Царство Теней в качестве моей Супруги и волны силы, которые они почувствовали, — случайны. Не тогда, когда эта неизвестная сила впервые ощутилась в мире смертных, — сказал он, говоря о том, когда я вернула Марисоль к жизни. — И не тогда, когда они встретят тебя. Они почувствуют в тебе ауру эфира. Если бы не Вознесение Бель, они могли бы принять тебя за божество. Теперь же они будут конкретно спрашивать, что ты.
Глава Три

Что ты.
Не кто.
— И то, что я стану твоей Супругой, каким — то образом избавит их от сомнений в этом? — спросила я, потирая висок.
— Нет, но помешает им действовать, не заботясь о последствиях, — сказал Никтос. — У тебя болит голова? Если так, я могу сделать тебе чай.
— Дело не в этом. — По крайней мере, я надеялась, что тупая боль не имеет ничего общего с Выбраковкой. Эффект травяной смеси, которая помогала при побочных эффектах Выбраковки, не проходил раньше так быстро. — Разве все не было бы проще, если бы мы отменили коронацию? На самом деле нет никакого смысла делать это.
— На случай, если ты не слушала в тронном зале или что — либо из того, что я сказал до этого, ты получишь определенный уровень защиты будучи моей Супругой…
— Я слушала и помню все, что ты мне говорил, — огрызнулась я. Пряди эфира пронзили его радужки, когда наши глаза встретились. — Но это не объясняет смысла всего этого. Ты знаешь, что произойдет через пять месяцев или даже меньше. То, что я стану твоей супругой, не остановит этого. Я не переживу Выбраковку. Вот как все обстоит. Так почему мы должны идти на такой риск с бессмысленной коронацией?
Пальцы Никтоса начали постукивать по колену.
— Неужели мысль о собственной смерти тебя совсем не беспокоит?
— Почему бы тебе просто не прочитать мои эмоции и не выяснить? — выдала я в ответ.
Появилась натянутая улыбка.
— Ты просила меня не делать этого. И вопреки тому, что ты можешь думать, я уважаю эту просьбу настолько, насколько это возможно.
— Неважно, — пробормотал я.
— Это не неважно. — Его пальцы продолжали барабанить. — Ты не ответила на мой вопрос. Неужели тебя совсем не беспокоит мысль о собственной смерти?
Я скрестила руки на груди, понятия не имея, зачем мы вообще это обсуждаем.
— Смерть от Выбраковки звучит совсем не весело. Так что, да, это раздражает.
Никтос даже не моргнул.
— Но?
— Но так все обстоит, — повторила я, возвращаясь к своему расхаживанию. — Это реальность. Я должна с этим смириться. Поэтому я и мирюсь с этим. Как смирилась с тем фактом, что всю свою жизнь планировала убить невинного Первозданного. Точно так же, как мирюсь с тем фактом, что, по — видимому, прожила, боги знают, сколько жизней, и все потому, что в одной из них я испугалась и спрыгнула с дурацкого утеса. Мою кожу покалывало. — Или как я спрыгнула с утеса? Не то чтобы край просто появился передо мной и удивил меня. Я должна была знать, что там был крац, но я просто продолжал бежать? Что за черт?
Он приподнял бровь.
— Не думаю, что с этим можно смириться так быстро, как ты хочешь, чтобы я поверил, — сказал он. — И ты прожила все те жизни не потому, что упали с утеса — независимо от того, знала ты, что там есть край, или нет. Ты пережила их из — за одержимости Колиса Соторией и потенциально проблемного метода вмешательства моего отца.
— Ага, ну, вот я и здесь, конечный результат потенциально проблемного метода вмешательства твоего отца… мирюсь с этим, — заявила я. — И ничто из сделанного не имеет никакого отношения к тому, как я к этому отношусь.
— Нам придется не согласиться в этом, — ответил он. — То, что было… сделано с тобой тогда и сейчас, не было и не является справедливым или правильным. Как и то, что было навязано тебе.
— Несправедливо по отношению ко мне? — Я чуть не споткнулась, когда остановилась, уставившись на теневой камень между полками. — А что насчет тебя? Последнее, что тебе нужно, это знать, что… — Я даже не могла заставить себя сказать это. — Нечестно возлагать на тебя мое выживание.
— Мы говорим не обо мне.