— Для него это часть предвыборной компании, — философски заметил Джерри. — Если Реалисты придут сегодня вечером, тем лучше.
Маккензи, вероятно, услышал их даже сквозь барабанную дробь дождя. Он повернулся, резко, как радиоуправляемый робот, и подошел к ним, хлюпая по лужам.
— А, восхитительные Янги! — сказал он, остановившись в трех шагах от них, по-прежнему стоя под дождем и по-прежнему игнорируя его. — Как жаль, что мы враги. Вы, действительно, очаровательная пара, и я был бы рад использовать вас в своей избирательной кампании.
Вин оказала ему холодный прием, невежливо отвернувшись и уставившись на замочную скважину запертой двери.
— Просто у нас различные методы, Маккензи, — вежливо ответил Джерри. — Я бы не стал использовать вас в своей кампании. Может, ваши методы и успешны, однако, я не хотел бы применять их.
Маккензи вздохнул.
— И по этой причине, сказал он, — я всегда буду победителем. Неужели же вам неохота даже попробовать?
Он фыркнул, сардонически поклонился отвернувшейся Вин, которая не могла его видеть, и пошел через улицу к «Савойе».
Вин с негодованием повернулась обратно.
— Видели вы это? — воскликнула она. — Это наш бал, а нас на нем нет… Зато он всегда тут как тут.
— Тогда побежали за ним, — усмехнулся Джерри, — и наплевать на дождь.
— Нет, не могу. Мое платье…
— Тогда давай побегу я и пошлю к тебе кого-нибудь с зонтом.
Но в этом уже не было необходимости. Дождь на мгновение прекратился, словно переключаясь с одного резервуара на другой, и, не теряя время на разговоры, зная, как кратковременны бывают такие отсрочки, Вин и Джерри побежали через вымытую дождем улицу. Запыхавшиеся, но торжествующие, они успели вбежать под навес как раз перед тем, как снова начался ливень.
— Мы еще промокнем на обратном пути, — предупредил жену Джерри.
— Кого волнует, что будет на обратном пути? — презрительно спросила Вин. — До чего же мужчины тупые!
В фойе они посмотрели афиши, пока восстанавливали дыхание. Одни просто гласили: «АМАБ». На других была нарисована танцующая пара и надпись «Великий бал АМАБ». Висели еще афиши, для тех, у кого было время прочитать их, и на них, большим шрифтом в две колонки обсуждались результаты голосования. Но ни у кого из мужчин и женщин, выскакивающих из дождя, явно не было на них времени. А может, они уже все и так знали.
По крайней мере, вокруг было много суетящихся людей.
— Дождь оказал нам хорошую услугу, милая, — торжественно заявил Джерри. — Он вовремя остановился, и все ринулись сюда. Поэтому здесь такая толпа.
Но Вин уже исчезла в дамской комнате. Она весьма интересовалась кампанией АМАБ, еще порой даже волновали различные перипетии, и, конечно же, она была лояльна. Но в настоящий момент она была девушкой, готовившейся танцевать с любимым. А раз уж так получилось, что ее любимый был по совместительству мужем, то тем лучше — тогда он останется с ней и после танцев. А АМАБ могла несколько часов подождать.
Джерри сдал плащ в мужскую раздевалку.
— Как все проходит, Эмили? — спросил он работающую там девушку.
Эмили была ярким примером девушек, которых выбирали только за внешность. Выглядела она хорошенькой, так и хотелось ее съесть, и у Джерри иногда мелькала причудливая мыслишка, что нужно изменить Галактическое Законодательство таким образом, чтобы съесть такую девушку не было преступлением, потому что умом она не блистала.
— О, у нас все в порядке, мистер Янг, — ослепительно улыбнулась она.
— И сколько уже проголосовало?
Но Эмили умела считать только до десяти, так что помощи от нее было не много. Джерри оставил ее и пошел искать Вин.
Ждать ему не пришлось. Она только сняла пальто, слегка привела в порядок платье и волосы и тут же вышла и присоединилась к нему, словно часы их были синхронизированы.
— Да, милая, — с довольным видом сказал Джерри, осматривая ее.
— Ты по-прежнему восхитительна.
Она знала, что это так и есть, но вспыхнула, потому что хотела услышать это от него. И стала еще красивее.