Обманный брак с генералом-драконом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Потеря дома, потеря единственного родного человека (и неважно, что Иви жива, а в скором времени будет здорова). Ощущение использованности — и неважно, что Богиней. Безумное напряжение «приключения» в катакомбах.
И контрастом: тепло и забота, целебное питьё, защитный амулет. И какая разница, что это лишь из-за того, что я носила под сердцем его ребёнка?

— Кассия… Ну что вы. Всё ведь закончилось, вы скоро поправитесь…
Кровать продавилась под чужим весом, и меня бережно приобняли за плечи.
— П-простите. — Ужас, просто ужас, как стыдно. И ладно бы в этой истерике был хоть какой-то практический смысл. — Я с-сейчас усп-покоюсь.
— А может, и не надо. — Меня ласково погладили по голове. — Иногда плакать полезно, а я никому не скажу, что видел вашу слабость.
У меня вырвался смешок, больше похожий на рыдание. И впервые за много лет я позволила себе просто выплакать всё накопившееся.
До донышка.

Глава 55

Но вот душевная буря стихла, оставив после себя благословенную опустошённость и тишину.
— Держите. — Мне подали носовой платок, и от этого банального жеста я едва не разревелась вновь.
Неужели это беременность уже даёт о себе знать? Или просто нервы расшатались?
Как бы то ни было, я вытерла слёзы и пока колебалась, вернуть платок или нет, получила в руку стакан с отваром.
— Теперь допивайте и постарайтесь поспать. А когда проснётесь в следующий раз, я рассчитываю вновь увидеть сильную и раздражающе самоуверенную леди Кассию.
Невольно вздрогнув, я подняла взгляд и встретила добродушную полуулыбку лорда Ригхарда. Глупое сердце вновь сжалось: так вот, каким он был бы с той, кого выбрал сам. И пряча (или прячась?) от этой мысли я поспешила допить отвар.

Однако когда лорд забрал у меня из рук стакан и собрался было подняться с кровати, остановила его вдруг вырвавшейся просьбой:
— Подождите! Давайте… Давайте поговорим.
Лорд слегка склонил голову к плечу.
— О чём же?
— Я… — Замялась, но всё же решилась и продолжила: — Я расскажу вам, о чём мой дух узнал от Богини, покуда блуждал у смертной Черты. А вы — о том, что произошло за эти четыре дня. Что с Ковеном, Сопротивлением, Иви, Маркусом.
Почему-то последнее имя зацепило лорда Ригхарда. Он посмурнел и сухо заметил:
— Вы принимаете участие и в нём тоже? После всего, им совершённого?
— Именно после всего совершённого, — заверила я, стремясь успокоить любые подозрения, пускай и не до конца понимала их природу. — Я не питаю добрых чувств к тому, кто угрожал жизни и благополучию моей сестры, разрушил дом Изменчивых и держал меня в заложницах. Однако неравнодушие к его судьбе вполне естественно — я хочу знать, ответил ли он за всё это.
— Ответил, — проронил лорд. — Публичная казнь состоялась вчера.
Что я почувствовала, услышав это? Торжество? Равнодушие, ведь это было полностью ожидаемо? Укол горести — всё-таки Маркус был человеком из моего детства?
— И что теперь с Сопротивлением? — Не зная, что сказать о казни, я просто перескочила на следующий вопрос.
Лорд сдержанно повёл плечами.
— Пока Столлен находился в тюрьме, они пытались устраивать новые диверсии. Пробовали даже освободить его, но, как вы понимаете, безрезультатно. Сейчас Сопротивление должно будет взять передышку: им надо избрать нового вождя. Или расколоться на несколько мелких организаций.
— Вы рассчитываете на последнее, — утвердительно сказала я, и лорд кивнул.
— Разумеется. Тем более мы тоже не сидим сложа руки. Смерть Столлена — начало агонии бунтовщиков, и я приложу все усилия, чтобы она была недолгой.
Получается, Виккейн окончательно потеряет даже надежду на возвращение независимости. Хотя чему удивляться? Он стал разменной монетой в интригах богов, а значит, был обречён с самого начала.

И всё же что-то в рассказе лорда Ригхарда мне не нравилось.
— Скажите, — медленно начала я, сама для себя формулируя смутные предчувствия, — в попытке освободить Маркуса не было следов… Намёков на участие Ковена? Точнее, рода Управляющих?

Собеседник нахмурился: похоже, с этой стороны он на ситуацию не смотрел.
— Нет, — наконец ответил лорд Ригхард. — Ведьминский Ковен затаился после происшествия на холме — впрочем, они и раньше не выступали в открытую. Однако если бы Управляющие были на стороне Сопротивления, характер нападения на тюрьму был бы иным. К тому же Столлен…
Он замолчал, и я подхватила:
— Маркус что?
— На допросе он отрицал, что покушение в столице организовало Сопротивление. Я, правда, не расспрашивал об этом с пристрастием — были вопросы и поважнее. Однако теперь мне не кажется, что он лгал в столь малом.
— А мне не кажется, что в этом замешан Ковен, — тихо добавила я.
Лорд Ригхард вопросительно приподнял брови, и я сжато, одними фактами рассказала о том, что на самом деле стояло за нашим вынужденным браком.

Глава 56

Выслушав, лорд проронил:
— Вот как, — и надолго замолчал.
Я тоже не нарушала тишину, просто сидела, прижавшись к его тёплому боку, как когда-то грелась от бронированной чешуи гигантского ящера.
— Не Сопротивление и не Ковен: последним не позволила бы ваша Богиня. — Лорд благоразумно обошёл обсуждение божественных поступков. — Кто же тогда? И связан ли он с Управляющими из Виккейна?
— Я никогда не слышала, чтобы кто-то ещё владел подобными способностями, — высказалась я.
— Я тоже, — кивнул лорд Ригхард. — Однако это не значит, что таких людей… или драконов не существует.
Драконов? Он подозревает кого-то из своих?
Я удивлённо воззрилась на лорда, и тот спокойно подтвердил:
— Подковёрные интриги в столице не утихают никогда. Потому, если тебя пытаются убить, прежде всего ищи среди тех, кто рядом.
Я покусала губу и озвучила напрашивавшийся вывод:
— Получается, здесь вы в большей безопасности, чем в Даркейне? Хотя бы понимаете, с какой стороны ждать удара.
— Получается так, — усмехнулся лорд. — Но скажите, леди Кассия, какой же проступок Богиня наконец извинила вашему роду?
— Это имеет значение? — попыталась я увильнуть от ответа.
— Нет, — с лёгкостью признал лорд Ригхард. — Всего лишь моё праздное любопытство. И тем не менее прошу поделиться: я хочу получше узнать вас.
Кончики ушей потеплели, хотя и не было сказано чего-то особенного. И я, стараясь говорить самым равнодушным тоном, начала:
— Вы ведь видели там, в пещере, на что был способен мой род до того, как лишился божественной поддержки? Изменчивые умели перенимать не только отпечаток тонкой структуры живого существа, но и его грубую, телесную внешность. Ненадолго — это очень специфическое умение и оно требует слишком много сил даже при условии благословения Богини. Однако иногда в нашем роду появлялись те, кто умел это делать с опасной лёгкостью.
— Опасной? — уточнил лорд Ригхард, и я неохотно пояснила:
— Очень легко забыться. Возомнить, что всё это от тебя. С моей прабабкой это и случилось. Она метила на место Верховной Жрицы, но её обошли. И тогда прабабка пошла на убийство и подмену, забыв: ничто не может быть укрыто от взора Триединой.
— Её раскрыли, — констатировал лорд Ригхард.
— Да. — Я запнулась, преодолевая себя, чтобы закончить рассказ. — Смерть прабабки была… Очень долгой и злой. А род Изменчивых лишился поддержки Богини, стал парией среди парий. И наверняка бы угас на мне и Иви, если бы не…
Если бы не союз Богини с врагом против зарвавшегося союзника. Если бы не особенность рождения высших драконов — в воздухе. Если бы не мой дар и не избранность Ригхарда Непобедимого. Если бы.
— У вас хватит сил, чтобы продержаться в облике драконицы столько, сколько потребуется?
Неожиданно заданный вопрос поставил меня в тупик: не столько смыслом, сколько вызвавшей его причиной.
В самом деле, какая разница?
— Дитя родится в любом случае, — повторила я. — Богиня поддержит.
— А после? — Почему ему так важно знать об этом? — Что будет с вами после?
— Я не знаю. — С большой долей вероятности я умру — мой дар гораздо слабее прабабкиного. Но стоило ли упоминать об этом? — На всё милость Богини.
— Ясно.
Лорд Ригхард поднялся с кровати, оставив мне сосущее чувство пустоты, и с несколько наигранной строгостью произнёс:
— Всё, на сегодня достаточно разговоров. Вам нужен отдых, потому извольте отдыхать.
Но только я собралась послушно сползти на подушки, как в дверь спальни раздался тихий, какой-то несмелый стук.
— Что там ещё? — свёл брови лорд Ригхард.
Подошёл к двери, открыл, и я, напрягая слух, уловила сбивчивое:
— Нижайше прошу простить, лорд-маршал! Срочная депеша от его императорского величества Морхарона!

Глава 57

Император мог писать маршалу о чём угодно, однако я всё равно встревожилась. Подалась вперёд, жадно ловя звуки, но услышала лишь ровное:
— Благодарю. Можешь быть свободен.
Затем лорд отвернулся от двери, и я увидела, как он прячет конверт за борт сюртука.
— Что там? — Понятно, он не успел ничего прочесть, только я всё равно не смогла сдержать беспокойство.
— Думаю, обычная депеша, — спокойно ответил лорд Ригхард. — Отдыхайте, набирайтесь сил. Я зайду позже.

Он вышел, тихо притворив дверь спальни, и я наконец-то упала на кровать. Поняла, что кусаю губу, и поспешила отпустить её, пока во рту ещё не стало солоно.
Сейчас бы встать, прокрасться следом за лордом, выяснить, что именно написано в послании… Только сил у меня — перевернуться с одного бока на другой да повыше подтянуть одеяло.
«Ничего, — попыталась я себя успокоить. — Он ещё зайдёт, а значит, я смогу всё узнать. Мы… Лорд Ригхард теперь больше доверяет мне: столько искренности было между нами, да и ребёнок… Надо просто набраться терпения и сил».
А лучшим средством для этого был сон — тем более что целебный отвар уже начинал потихоньку действовать. Потому я закрыла глаза и велела себе проснуться, как только услышу малейший шум.
С этим и погрузилась в неверную дрёму.

***

Я успела неплохо выспаться и проснуться сама, а лорд Ригхард не приходил. Огонь в камине почти догорел; из-за плотно задёрнутых штор нельзя было сказать, день сейчас или ночь. Тем не менее я всё равно позвонила в оставленный на прикроватном столике колокольчик, и вскоре на зов явилась служанка.
— Отдёрни шторы, — прежде всего распорядилась я, — и подбрось дров в камин.
Девица бросилась исполнять распоряжения, впустив в спальню кровавый свет заката (я помнила, что окна выходили на запад). И пока служанка занималась камином, я задала самый тревожащий меня вопрос:
— Ты знаешь, где сейчас лорд Ригхард?
— Простите, госпожа. — Девица и впрямь выглядела виноватой. — Лорд-маршал как с утра уехали, так до сих пор и не вернулись.
С утра. Не так уж долго: дел у него, должно быть, невпроворот. Вот только червячок тревоги в сердце упорно не желал успокаиваться.
— Ясно. — Я прислушалась к себе и отдала новое приказание: — Принеси мне какой-нибудь лёгкой еды и отвар, который рекомендовал королевский лекарь.
— Слушаюсь, госпожа.
Служанка торопливо покинула спальню и вскоре вернулась с подносом. Помогла мне устроиться на постели, после чего вновь была отослана с напутствием немедленно сообщить о возвращении маршала.
Проклятая императорская депеша никак не давала мне покоя.

Тренировки ради я проверила принесённые блюда драконьим амулетом, а затем подкрепила силы бульоном с ароматными травами и мясным суфле, запила это новой порцией целебного отвара и решила, что вполне могу подняться с кровати. Осторожно села, спустила на пол босые ноги и вздрогнула, самым краем слуха уловив знакомый мелодичный звук.
Послание от Ковена?
Я непроизвольно сжала пальцами простынь. Что могло понадобиться этим стервам? Неужели с Иви беда?
«Вряд ли, — хладнокровно отозвался внутренний голос. — О ней и без тебя пекутся, как о сокровище».
Тогда что?

Сжав зубы, я медленно встала на ноги. Постояла несколько счётов, давая себе привыкнуть к вертикальному положению, и нетвёрдым шагом приблизилась к шкафу, в котором прятала ведьминский сундучок. Достала его, придирчиво осмотрела: нет ли следов, что в моё отсутствие кто-то его открывал?
Сундучок явно не трогали, и я поспешила вытащить из него шкатулку. Откинула крышку и действительно увидела лежавшую внутри записку: «Святилище ивы. Полночь».
Поговорить хотят. Я осклабилась кладбищенской нечистью. Двумя пальцами, как нечто неприятное, взяла записку, поднесла её к камину и скормила огню.

Не о чем нам разговаривать. Иви продолжит род Изменчивых, ибо такова воля Богини. Дитя родится, ибо таков уговор богов. А что будет со мной — Ковен волновать не должно.

С этой мыслью я вернулась к сундучку и только собралась убрать в него шкатулку, как на ум пришла новая мысль. В чём-то кощунственная, в чём-то бунтарская, но чем дольше я её обдумывала, тем больше она мне нравилась.
— Да будет так.
Несколько шагов — и шкатулка полетела в пышущее жаром каминное чрево. Огонь с жадной радостью набросился на дерево, магический узор, позволявший почти мгновенно доставлять послания, задрожал. С каким-то болезненным интересом я наблюдала, как исчезает последняя (ах нет, почти последняя! Последней была сила Богини) моя связь с ведьминским Ковеном. И когда от шкатулки остались головешки, а от магического узора — жалкие обрывки, я почувствовала себя свободнее.
Словно исчезла толстая верёвка, доселе опутывавшая меня по рукам и ногам. И пускай рабский ошейник — необходимость черпать Дар от Богини — никуда не делась, жить уже стало легче.
— Без прошлого. — Я положила ладонь на пока ещё плоский живот. — Без будущего. Но в настоящем — дыша полной грудью.
Улыбнулась непонятно кому или чему, и тут в дверь почтительно постучали.
— Входи! — обернулась я, и возникшая на пороге служанка присела в книксене.
— Госпожа, вы просили доложить, когда лорд Ригхард вернётся. Он приехал, госпожа. Прошёл к себе в кабинет.
— Отлично. — Я невольно распрямила плечи. — Помоги мне одеться.
Зайдёт лорд ко мне или нет — тот ещё вопрос. Лучше взять это дело в свои руки.

Глава 58

Я не стала стучать в дверь кабинета. Просто потянула за ручку и возникла на пороге с мягким:
— Доброго вечера, лорд Ригхард.
— Доброго. — Лорд без промедления поднялся из-за широкого письменного стола, отвлёкшись от бумаг. — Вы напрасно пришли, вам следует отдыхать.
— Со мной всё хорошо, — самым убедительным тоном заверила я. — Отвар господина лекаря и сон стали поистине благотворным лекарством.
Однако несмотря на это заявление, лорд продолжил хмуриться.
— Я ведь говорил, что обязательно зайду к вам.
Тем не менее он приглашающе подвинул гостевой стул ближе к огню камина, и я с тщательно скрываемым облегчением опустилась на гобеленовое сиденье.
Всё-таки до конца мои силы восстановиться не успели.
— Что за срочное дело вас привело? — Лорд остался стоять у камина, изучая меня с крайним вниманием.
— Депеша его величества, — без лишних предисловий ответила я. — Что императору угодно от вас?
Лорд Ригхард слегка поморщился.
— Ничего особенного. Он желает, чтобы я ненадолго вернулся в столицу: есть какой-то вопрос, не решаемый без моего участия.
— И какой же? — Вроде бы обычная ситуация, но мне она не нравилась.
— Его величество не стал распространяться об этом. — Голос собеседника звучал ровно, однако я интуитивно чувствовала: его тоже тревожит столь странный вызов.
Тем не менее лорд Ригхард продолжил уже успокаивающим:
— Не берите в голову, леди Кассия. Император упомянул, что вам нет нужды путешествовать туда-сюда, а значит, я вскоре вернусь в Виккейн.
Эти слова, да богам в уши. Однако они не означали, что я возьму и послушно останусь в королевском дворце.
— И всё же, лорд Ригхард, я предпочла бы отправиться с вами, — самым бархатным своим тоном ответила я.
И поскольку лорд знал меня достаточно, чтобы расслышать за этим оружейную сталь, отрезал он жёстко:
— Нет, леди Кассия. В вашем положении не следует совершать долгие и утомительные поездки.
— Беременность не болезнь, лорд Ригхард, — незамедлительно парировала я. — И вы забываете главное: на этом ребёнке — милость двух богов. До его рождения со мной просто не может что-то случиться.
Рука собеседника, которую он держал на поясе, крепко сжала ремень.
— От прихотей судьбы не застрахованы и боги. Леди Кассия, мне и так непросто оставлять вас здесь одну. Давайте вы не будете делать это решение ещё сложнее.
И вновь в моей душе всколыхнулись смешанные чувства. Его беспокойство и желание защитить согревали, но ведь это лишь из-за будущего ребёнка. Сама по себе я бы вряд ли вызвала в нём такие чувства.
— Вам нет нужды перешагивать через себя. — Я была шёлком, что исподволь опутывает по рукам и ногам, не позволяя вырваться. — Если мы отправимся в столицу вдвоём, вы всегда будете знать, где я и что со мной.
Лорд Ригхард усмехнулся с неожиданной горечью.
— Помните наш разговор о столичных интригах? И ваши слова о том, что здесь я в большей безопасности, поскольку понятно, откуда ждать удар? Так почему вы забываете о них сейчас?
— Я помню, — возразила я. — И, уж простите, если задену ваши верноподданнические чувства, но не доверяю его величеству.
— Тогда вам тем более следует остаться, — избегая обсуждать Морхарона, лорд стоял на своём.
— Ошибаетесь. — Наш спор уходил куда-то не туда, но остановиться я не могла. — Если я останусь, кто будет спасать вас из ловушки?
— Вы? — Брови собеседника слегка приподнялись. — Спасать?
Я вскинула подбородок, задетая его удивлением, и лорд Ригхард с неожиданным миролюбием поправился:
— Простите, леди Кассия, не хотел вас обидеть. Но это и впрямь прозвучало… странно.
— Лорд Ригхард. — Кажется, пришло время напомнить ему кое-что. — Я сумела добиться нашего брака, завоевать расположение императора, спасти вас от наёмного убийцы и навести на след его сообщницы. И всё это — не владея в полной мере даром Изменчивых. Как вы считаете, насколько я полезный союзник сейчас, когда милость Богини вновь со мной?
Несколько счётов мы с лордом молча мерились взглядами, а затем он слегка наклонил голову к плечу и абсолютно светским тоном поинтересовался:
— Зачем вам это, леди Кассия? Почему моё благополучие столь сильно вас тревожит?
Почему? Я вдруг поняла, что и сама до конца не знаю ответ.
Или знаю, но боюсь признаться даже себе.
Впрочем, ему в любом случае следовало знать лишь часть правды.
— Потому что у меня не осталось ни дома, ни семьи, ни Ковена. Всё, чем я владею: дитя, возвращённый милостью Богини дар и наш брак. Разве удивительно, что я не желаю новых потерь?
Не знаю, что услышал в моём ответе лорд, однако лицо его посуровело. И я, не давая ему высказаться, продолжила:
— Потому со всей ответственностью говорю: если вы решите уехать в столицу без меня, я пущусь в путешествие самостоятельно. Сидеть здесь и ждать весточки, как королевы из детских сказок, я не буду, и никакие запреты меня не удержат.
— Ни мгновения не сомневаюсь, — хмуро отозвался лорд Ригхард и почти обвиняюще резюмировал: — Вы снова вынуждаете меня идти вам на уступку. Притом что на этот раз последствия могут быть самыми серьёзными.
— Всё так, — сознательно создавая контраст, я улыбнулась самым беспечным образом. — Но таковы ведьмы: мы сами выбираем свои пути, а порой и торим их по бездорожью.
— Да уж, — уронил лорд и с огромнейшей неохотой подвёл итог: — Хорошо, леди Кассия. Завтра на рассвете мы отправляемся в столицу вместе.

Глава 59

На этот раз я подготовилась гораздо лучше. Мужской костюм, зимний плащ, тёплые перчатки.
— Вы уверены, что сможете поддерживать согревающее заклятие? — в пятый, наверное, раз осведомился у меня лорд Ригхард.
Ведь нам предстояло повторить путь сюда: перелететь над горами до Стального форпоста, а оттуда уже магический переход должен был перебросить нас в столицу.
— Полностью, — заверила я. — Не беспокойтесь, лорд Ригхард. Теперь я знаю, чего ждать от полёта.
Лорд кивнул с явным сомнением и, выбиваясь из сценария, вдруг спросил:
— Вы взяли браслет, подаренный вам императором?
— Да. — Удивлённая, я коснулась приточенного к поясу кожаного мешочка.
— Лучше наденьте.
Совет был больше похож на приказ, но я, привыкшая к маршальской манере, не обиделась, а постаралась объяснить.
— Он ощущается… очень тяжёлым.
Лорд Ригхард сумрачно кивнул.
— Понимаю. И всё же пусть он будет на вас. Так меньше шансов потерять его, да и в целом… Кто знает, как могут сложиться обстоятельства. Возможно, времени, чтобы его надеть, просто не окажется.
Что он имеет в виду?
Я с требовательным вопросом заглянула лорду в лицо, но вместо ответа получила лишь молчание да непроницаемую маску сурового военачальника. Тогда я так же без слов достала браслет из мешочка и демонстративно надела на запястье: как знак, нашего союзничества. От грубой и чуждой магии рука немедленно покрылась гусиной кожей, однако тёмный взгляд лорда Ригхарда смягчился.
— Благодарю, леди Кассия. Так мне… спокойнее.
Я лишь улыбнулась в ответ, пока не зная, что ради своего спокойствия (и моего благополучия) он готов пойти ещё дальше.

Когда мы бок о бок вышли на дворцовую лужайку, вновь превратившуюся во взлётную площадку, я не без удивления увидела слуг, державших в руках мотки верёвки, кипу пледов и седельную сумку — должно быть, с провиантом.
— Зачем? — вырвалось у меня недоумённое. — Сюда я прекрасно долетела и без всего этого.
— Вы едва не разбились, — менторским тоном напомнил лорд. — И сильно замёрзли в поднебесье. В вашем положении подобного следует избегать.
Я с трудом удержала горчивший смешок. Воистину, следовало забеременеть, чтобы сполна получить от него заботы, даже вопреки драконьей гордости.
Жаль лишь, что такое вряд ли когда-либо повторится.
«Значит, буду наслаждаться сейчас», — решила я, стараясь не поддаваться ненужным сожалениям.
И без возражений позволила усадить и привязать себя к могучей драконьей спине. Слуги заметно нервничали — в своей второй форме лорд Ригхард всё так же внушал трепет, — оттого провозились явно дольше необходимого. Однако дракон оставался неподвижным, терпеливо дожидаясь, когда хрупкая человеческая мелюзга закончит суету вокруг. Но вот слуги отступили, и он с немым вопросом повернул ко мне голову на гибкой шее.
Я подёргала верёвки — крепко — и решительно кивнула:
— Готова.
Слуги попятились ещё дальше, а дракон распахнул отблескивавшие металлом крылья. Взмах — и вокруг меня засвистел ветер, а лужайка вдруг отдалилась. Как и при отлёте из форпоста, дракон поднимался неспешно и по спирали, давая мне возможность освоиться.
«Какое же счастье родиться крылатым созданием!»
Крамольная мысль, ведь крылья — дань звериному, а я человек. Более того, ведьма, владеющая особыми силами. Венец божественного творения. Мне негоже завидовать тому, кто сочетает в себе две ипостаси, тем более что теперь я сама могу становиться крылатой.
«Ненадолго и с безумной тратой сил, — вздохнула влюбившаяся в полёты часть меня. — Неизвестно, выживу ли я после родов в воздухе, несмотря на помощь Богини… Впрочем, что страдать, думая о будущем? Это кощунственно, когда летишь в настоящем».

И я заставила себя сосредоточиться на красоте и свободе ясного неба. На столице внизу, превратившейся в кукольный городок изумительно тонкой работы. На свежем ветре в лицо и ярком солнце в глаза, на возможности раскинуть руки (всё равно верёвки держат) и вообразить, будто они внезапно превратились в крылья. Сыграть в птицу, как в далёком, полузабытом детстве.
И когда дракон бросил на меня взгляд из-за плеча, проверяя, всё ли хорошо, я улыбнулась самой сияющей улыбкой, на какую была способна. Точно зная: ему будет приятно.

Дракон и впрямь ощерил пасть с зубами-лезвиями — ах нет, она не задумывалась для улыбок. А затем сильнее заработал крыльями, и мы с захватывающей дух скоростью понеслись к далёкой голубоватой линии гор у самого горизонта.

Глава 60

Наверное, я должна была чувствовать грусть, пролетая над изумрудными холмами и долами Виккейна. Всё-таки родина, куда неизвестно, когда вернусь, и вернусь ли вообще. В прошлый раз, например, уезжая вместе с лордом Ригхардом, чтобы сочетаться браком в присутствии императора Морхарона, я испытывала глухую тоску, наблюдая из окна кареты за уплывавшими назад лигами.
«Я тосковала по дому. По старому зданию за магическим пологом, по Иви, по памяти о почивших близких. А сейчас… Сейчас ничего этого нет. Я лишилась корней, и судьба несёт меня вперёд, как кустик перекати-поля. Это тоже повод для грусти, но мне отчего-то всё равно. Может, потому, что лечу? Лечу на драконе…»

Я с тихим вздохом легла на драконью спину — благодаря пледам и исходившему от чешуйчатой брони теплу это было удобно и приятно. Лететь бы так и лететь, до самого края земли. Наблюдать, как зелень внизу сменяют серые камни, как голубоватая полоска впереди превращается в острые горные пики. Вот и провал Обережного рва — никогда больше не вспыхнуть здесь заградительному пламени, ибо такова воля богов. Вот неприступная стена Белых гор, вот расселина, через которую можно попасть в бесплодную горную страну между Восточным и Западным кряжами.
И молиться, чтобы на этот раз обошлось без непогоды.

Однако пока боги нам благоволили. Солнце поднялось к зениту и перевалило через него, а пронзительную синеву небес омрачали лишь белые комочки облаков, похожие на пену в чашке брадобрея. Вот почему я удивилась и забеспокоилась, когда дракон вдруг начал снижаться и как будто высматривать место для приземления. Наконец он заметил подходящую площадку — далеко выдававшийся вперёд гранитный язык — и аккуратно опустился на неё. Встряхнулся, показывая, что мне надо отвязаться, и я, торопливо стянув перчатки, задёргала узлы на верёвках.

Слуги специально завязали их так, чтобы в случае нужды я могла распутаться самостоятельно. Потому стоило мне разобраться, за какой конец потянуть, как верёвки упали на камни. А следом с драконьей спины соскользнула и я, не забыв прихватить пледы и сумку.
И только подошвы моих сапог коснулись площадки, как рядом стоял уже не могучий ящер цвета чернёной стали, а лорд Ригхард в простом, но добротном дорожном костюме.
— Ничего особенно, — сразу же предупредил он мой вопрос. — Просто хотел предложить вам подкрепить силы: впереди ещё примерно половина пути, а в Стальном форпосте у нас вряд ли будет возможность задержаться.
— Почему? — не поняла я. — Комендант произвёл на меня впечатление радушного человека… дракона.
— Я не сомневаюсь в его гостеприимстве, — согласился лорд. — Однако любые задержки будут странно выглядеть с точки зрения его величества. Вызов был достаточно срочный, а я и без того потратил день на приведение в порядок дел в Виккейне.
— Теперь понятно, — протянула я.
И впрямь здесь, где нас видели лишь небо, солнце и камни, никакой император не смог бы предъявить претензию о недостаточном рвении исполнять его приказ.