- Пап, все нормально, - тихо лепечу, пряча взгляд. – Ты меня извини, я была к тебе несправедлива.
По подъезду эхом разносится тяжелый вздох, а затем отец порывисто обнимает меня.
- Таечка, - шепчет ласково мне на ухо, как в детстве, целует в щеку. - Я люблю тебя, дочка.
- Я знаю, папуль. И я тебя.
Задыхаюсь в его руках, расслабленно смеюсь. Краем глаза замечаю, как к нам тянется любопытная Любочка, маленькими пальчиками дергает отца за рукав.
- Пр-р-ривет! – расплывается в очаровательной улыбке. - А меня цем?
Я теряюсь на секунду, папа отшатывается и мрачно сводит брови к переносице.
- Это…. ее? – выдавливает из себя с трудом.
- Папа, она всего лишь ребенок. И моя сестра! – пылко защищаю кроху. – Ей нельзя оставаться в такой обстановке. Поэтому мы ее забираем! Она же ни в чем не виновата. Как и я…
Отец смягчается, неуверенно выставляет огромную ладонь, и Любочка дает ему пять своей кукольной лапкой. Кокетливо взмахивает длинными ресницами, посылает воздушный поцелуй. Папа тает на глазах. Улыбнувшись, неловко треплет малышку по волосам. В следующую секунду возвращает себе суровый облик.
- Езжайте в отель. Я вызову опеку и немного пообщаюсь с бывшей. Хочу выяснить, насколько тесно она связана с Макеевыми и что успела им слить из ваших телефонных разговоров.
Я вопросительно поворачиваюсь к Яру, а он кивает, намекая, что обо всем расскажет мне позже. Не вижу причин не доверять моим мужчинам. Они действительно желают мне добра.
- Не нервничай, пожалуйста, - прошу отца, когда он заходит в квартиру.
- Все под контролем, девочка моя. Ярослав, позаботься… о них обеих, - важно приказывает, напоследок пройдясь по сестренке задумчивым взглядом, и закрывает за собой дверь.
- Обижаете, па-апа, - шутливо отмахивается муж.
- П-па-па, - повторяет Любочка. - Папа хор-роший. Он будет жить с мамой?
Наверное, она привыкла, что мужчины у матери меняются, как цветные камушки в калейдоскопе, и выбрала наиболее безобидный вариант.
- Нет, она потеряла его навсегда, - отсекаю чересчур резко.
Мы спускаемся по ступенькам, а сестра беспокойно крутится на руках у Яра.
- Жа-алко. Мама поедет с нами?
- Нет, она отдыхает.
- Бедная, уста-а-ала.
Несмотря ни на что, для Любочки она остается мамой, единственной и любимой. Хорошо понимаю ее, сама пережила подобное. Розовые очки нелегко снять, особенно если ты ребенок. Но у меня есть Яр и папа, а у нее… теперь есть мы.
«Все будет хорошо, Таюш», - читаю по губам. Становлюсь на носочки, чтобы поцеловать мужа.
«Я верю», - улыбаюсь в ответ.
___
История Власа Воронцова - в книге "Диагноз: так себе папа"
Глава 40
Ярослав
Я выхожу из душа, натягиваю на мокрый торс футболку, вспомнив, что с нами в номере ребенок, и бросаю взгляд на часы. Ночь на дворе, а Воронцова где-то чёрти носят. Если бы он знал, с каким трудом я все это время удерживал при себе Таю, которая порывалась вернуться «за любимым папулей», то быстрее шевелил бы конечностями. К счастью, ее отвлекла Любочка.