Выдыхаю. Словно столб огня из себя извергаю. Легче не становится.
- Тараканов у тебя, Таюш, целый выводок. На китайскую деревню хватит, - заключив ее лицо в ладони, целомудренно целую в лоб. Прижимаюсь к нему своим, смотрю в глаза. Без линз, которые Тая или сняла, или потеряла, они завораживающие. Ныряю в сиреневые омуты, захлебываюсь в них, иду на дно.
Как отпустить? Настойки бы.… Ведро... И все влить в нее.
Наверное, у меня действительно какие-то нездоровые наклонности. Раньше не замечал за собой ничего подобного. Впрочем, с Таей у меня тоже все в первый раз, как у девственника. Причем не я, а меня… И в отношениях, и в бизнесе. Самые извращенные позы - впереди.
- Ты обещал меня отпустить, - вкрадчиво напоминает Тая.
- Так я и не держу, сама ко мне прилипла, - поднимаю руки в знак капитуляции.
Она выбирается из моих объятий, кутается в полотенце, натягивает его край до самой шеи. Хмурится, поплывшим взглядом указывая мне на выход.
Меня кроет не по-детски. Видимо, тестостерон в голову бьет, другого объяснения не нахожу.
- Таисия, если весь этот спектакль ради того, чтобы вернуться к сморчку.… - предъявляю, как ревнивый муж. - Его кастрирую топором, а тебя придушу, как долбаный Отелло.
Она выгибает бровь, округляет ведьмовские глаза, не моргая, и, кажется, икает.
- Я никогда не привыкну к твоему странному юмору.
- А я и не шучу.
Оставляю опешившую Таю в парной, а сам выхожу в предбанник. Рывками натягиваю на себя одежду, дожидаюсь жену-обломщицу, молча укутываю ее, чтобы не заболела от резкого перепада температур.
Вместе возвращаемся в иглу. Она разрешает держать себя за руку, но при этом не говорит ни слова, будто объявила мне бойкот. Я тоже не настроен ничего обсуждать.
От ужина Тая отказывается. Ныряет в теплый халат, забирается под одеяло и накрывается с головой. Делает вид, что мгновенно отключилась и спит сном младенца. Не верю, но и не трогаю.
Выждав время, пока сам остыну, я устраиваюсь рядом с ней, на второй половине большой кровати. Тая гусеницей сползает к краю, как можно дальше от меня.
Значит, так и не уснула.… Мне тоже не спится…
Лежу на спине, подложив руку под голову. Немигающим взглядом врезаюсь в стеклянный купол. С ночного неба срывается крохотная звезда, летит вниз, оставляя за собой яркий хвост.
У меня сейчас одно желание – не свихнуться в этом браке.
Глава 22
На следующее утро
Таисия
Если рай существует, то я сейчас там…
Надо мной бескрайнее голубое небо, по которому разбросаны рваные облака. Солнечные лучи пробиваются сквозь туманную дымку, но не слепят глаза, а рассеиваются, отражаясь от стеклянного купола. В медленном вальсе кружится снежок, подгоняемый легким ветром.
Вокруг сказочная зима, а мне тепло. Даже жарко.
Я парю в невесомости, качаюсь на пушистых облаках в объятиях ангелов, которые ласкают меня своими крыльями.
- Доброе утро, Таюш-ш-ш, - шелестит рядом.
Жаркое дыхание обдает макушку. Я запрокидываю голову, ловлю быстрый поцелуй в висок, как шальную пулю. Крепкие руки на моем теле сжимаются сильнее – и я в капкане.
Я промахнулась: со мной совсем не ангел, а отъявленный чёртяка с хвостом, который упирается в меня там, где ему вообще быть не следует. Впрочем, и я не должна просыпаться размазанной по горячему мужскому торсу, как кусочек масла по бельгийской вафле, по-хозяйски пересчитывать ладошкой кубики пресса, словно это моя собственность, и упираться головой в твердое плечо, предпочитая его перьевой подушке.
Но что-то пошло не так…