Введение в логику: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Гносеологическая логика этого направления может пользоваться для решения некоторых вопросов, кроме того и понятием сверхиндивидуального, «трансцендентного», «гносеологического» субъекта. – Но если гносеологическая логика совершенно отказывается от применения понятия эмпирических актов мысли, от эмпирической психологии эмпирического субъекта, а пользуется одним лишь понятием гносеологического субъекта (Риккерт), то она, несомненно, остается субъектной логикой, но ее нельзя назвать логикой психологической.

19. В противоположность субъектной логике ту логику, которая совершенно отвлекается от понятий процесса мышления и субъекта, можно назвать логикой объектов или объектной логикой. – К ней прежде всего относятся уже знакомые нам направления чисто номиналистической и материалистической логики. Первая имеет дело только с сочетаниями символов, вторая только с реальными предметами и их реальными отношениями, но кроме того к объектной логике относится и то направление логики мысли, которое видит задачу этой науки в изучении форм и законов мыслимого, содержимого мысли.

20. Некоторые соображения в теории логики, и главным образом потребности гносеологии приводят (особенно объектную логику) к дальнейшему анализу понятия «мысль», – к анализу понятия самого мыслимого. В ней различают содержание мысли и предмет мысли. Предмет мысли может быть в данный момент у множества людей один и тот же; содержание же мысли у каждого из них при этом несомненно более или менее различно. Например, в данный момент у неграмотного крестьянина и у специалиста-астронома может быть один предмет мысли: солнце. Но как различны содержания мысли!

При таком анализе естественно возникает вопрос, с чем имеет дело логика – с содержаниями или с предметами мысли? Обычно склоняются к последнему мнению. Этому содействует понятие идеального предмета. Идеальный предмет также не зависит от нашего произвола, как и реальный. Хотя он существует только в мысли, как мыслимый, но мы не можем его мыслить иначе, как известным определенным образом. Он «принуждает» нас мыслить себя так, а не иначе. В отличие от реальных предметов, временных, он вневременен. Такими предметами являются в математике математическая точка, линия и т. п.; в логике – понятия, суждения, умозаключения с их законами и сочетаниями.

Вопрос о предмете мысли один из самых основных в современной гносеологии и решается неодинаково. «Предметная логика» имеет различные видоизменения (Мейнонг, Гуссерль, Коген, Виндельбанд, Лосский и т. д.).

21. Различия между психологистической и объектной точкой зрения оказывают глубокое влияние на разные отделы логики, на понимание задач ее и методов. – Это влияние сказывается уже на определении суждения, умозаключений и т. д. Например, согласно психологистической логике умозаключение есть «процесс», при котором «из двух или больше суждений с необходимостью выводится новое суждение» (Челпанов). С точки зрения объектной логики это группа суждений, находящихся в таком особом отношении друг к другу, что одно из них (вывод) необходимо следует из всех остальных в совокупности; скрыто (implicite) уже как бы содержится в них.

22. Далее, психологистическая логика должна стремиться отделить себя от психологии мышления, с которой у нее нет иногда резко очерченных границ. – Если рассматривать логику как часть психологий или т. п., то легко прийти к мнению, что в логических исследованиях применимы и некоторые принципы и методы психологии. – Таков, например, генетический метод, изучающий известную функцию психофического организма в связи с ее развитием в индивиде и роде. Его можно применять и к логике, исследуя развитие мышления и познания от низших проявлений до высших. Этим путем возникает генетическая логика (Балдвин, Ягодинский). Подобная точка зрения, естественно, должна привести к расширению границ исследования. Так, у Балдвина встречаем различение дологической, логической и сверхлогической стадии мышления. – Затем: в психологических исследованиях применяется нередко вообще психобиологический метод. Почему не применить его к логике? Так возникает мысль о биологической логике (Ерузалем и др.).

23. Если психологическая логика склонна к переходу в психологию мышления (Грот) и к уклону в сторону биологии, объектная логика в некоторых своих течениях тяготеет к математике. Применяя метод исчисления, т. е. обратившись в логистику, она настолько приближается к математике (в новом понимании этой науки), что сами логисты затрудняются определить отношения между ними. – Но должно заметить, что логистика не есть уже логика. Уже принятый в ней метод исчисления делает ее самостоятельно существующей наукой. Ведь исчисление очень отличается от рассуждений. Рассуждая, мы все время сознаем содержание посылок и связываем их по содержанию. Наоборот, при исчислении мы переводим посылки в ряд искусственных символов и потом имеем дело лишь с этими символами: различным образом комбинируем их, производим ряд действий по известным правилам, совершенно не отдавая себе отчета в значении символов. Только после окончания этой работы мы расшифровываем результат.

Глава IV

24. Следующий важный вопрос теории логики можно формулировать так: что изучает логика – только формы мысли, знания, или же нераздельное цельное знание, форму и материал? Иначе сказать, формальная наука логика или конкретная?

Различие между формой и материалом общеизвестно.

Мы знаем, что вещи могут иметь разную форму при одинаковом материале (золотые шар, куб, пирамида и т. д.) и обратно (железный, свинцовый, золотой шар); сходное различие существует и в царстве мысли. Мысли: «этот дом стар», «эта липа цветет», «я родился в Сибири» – имеют различный материал, но одну и ту же форму. Именно все они суть суждения, категорические утвердительные единичные суждения. Наоборот, мысли: «старый дом», «дом стар», «дом не стар», «дом может быть стар» и т. п. – имеют один и тот же материал, но различную форму (понятие, утвердительное суждение, отрицательное суждение и т. д.) – и вот возникает вопрос: что же изучается логикой? формы мысли, отвлеченные от материала, их виды, законы их связи и т. п. (формальная логика) или же цельные мысли, без отвлечения материала от формы (конкретная логика, иногда называемая реальной логикой или не совсем точно материальной логикой). Естественно при этом, что формальная логика для психологиста будет логикой форм мышления; для обыкновенного же понимания – логикой формы мыслимого.

25. Однако понятие формальной логики часто бывает очень смутным, неясным, иногда даже различным по существу у различных авторов. Во многих случаях это зависит от неопределенности самого понятия «форма мысли»[3].

Обычная формальная логика в узком смысле слова признает лишь такие элементарные формы мысли: понятия с их отношениями друг к другу по объему; суждения, в которых мыслятся эти отношения понятия умозаключения, строящиеся на этих отношениях. При этом формальная логика совершенно «отвлекается от всякого содержимого мыслей» (Кант) и не считается с ним. – Лучше всего это выяснить на примере. В суждениях обычно мыслятся самые различные отношения между предметами и явлениями, например, «А больше Б», «А причина Б», «Петр жил позже Иоанна», «Дора сестра Анны» и т. д. Для узкоформальной логики они как особые отношения не существуют; каждое суждение есть мысль о чисто логическом отношении не между предметами, а между понятиями, точнее – между объемами этих понятий. Таким образом, логический смысл приведенных различных суждений будет разнообразен: такое-то понятие подчинено такому-то понятию; или объем его входит как часть в объем последнего. Например, понятие А подчинено понятию «величина, бо́льшая Б» (или входит как часть в объем этого понятия), А – подчинено понятию «причина Б» и т. д. Все разнообразие предметов и их отношений отстраняется узкоформальной логикой и заменяется исключительно понятиями с их однообразными отношениями подчинения (иногда тождества). Мир этих форм мыслей с их скудными связями заменяет мир предметов с его неистощимым богатством отношений.

26. Первый авторитетно расширил это узкое понятие формы тот же мыслитель, который впервые вполне резко и точно отграничил узкоформальную логику – Кант. Он допустил кроме вышеупомянутых форм мысли еще новые своеобразные формы – так называемые категории, каковы, например, категория причинности, субстанциальности и т. д. Эти формы мысли изучаются не узкоформальной логикой, а особой «трансцендетальной логикой» «отвлекающейся от всего содержимого понятий» (Кант).

Немецкий философ-идеалист И. Кант рассматривает философию как науку, то есть как систему категорий и понятий, которая помогает человеку познать в этом мире то, что он может познать и критически осмыслить, возможности и результаты своего познания. И. Кант впервые предположил, что вне зависимости от познающего субъекта существует объективный мир («вещи в себе»), между которым и миром, доступным непосредственному познанию, пролегает невидимая и непроходимая грань, отделяющая разум от сущности вещей. В силу этого объективный мир, по И. Канту, всегда будет недоступен человеческому познанию.

Возникает вопрос, в каком же отношении, в какой связи стоит эта трансцендентальная логика к узкоформальной? Этот вопрос всегда был одним из самых трудных в учении Канта и его последователей – Одна из новейших попыток его решения состоит в том, что учение о категориях внесено в «чистую[4] или формальную логику», как часть учения о формах суждений (Виндельбанд). Это, конечно, сразу расширяет область формальной логики. – Подобное же расширение, только из иных соображений, находим в материалистической логике. «Логические формы имеют значение постольку, поскольку отображают действительные явления природы». В связи с этим так называемая индуктивная логика есть часть формальной и принцип причинности – «ее формальная основа» (Карвет Рид). Логика вообще «изучает формы, в которых нам являются явления» (Спенсер).

Но если так, то все вообще роды и виды отношений являются предметом формальной логики и так называемая логика отношений (см. ниже § 72) тоже формальна. – Вместе с этим понятие формальной логики становится настолько многозначным, что теряет ценность – если мы не найдем какого-нибудь характерного признака, отличающего всякую вообще мыслимую формальную логику, как бы она ни расширяла понятие формы мысли, от конкретной логики.

27. Наиболее верный признак, отличающий формальную логику от конкретной, состоит в том, что конкретная изучает условия достижения истины вообще, полной истины или, как часто называют ее, материальной истины. Формальная же логика не может ставить этой цели уже потому, что всегда отвлекается от большей при меньшей части содержимого мысли, от «материала». Материал для нее безразличен. Верно он схвачен мыслью или нет, ей до этого нет дела. – Она изучает условия правильного соединения форм мысли, – как бы широко эти формы ни понимались. Для нее важна исключительно правильность соединения этих форм, логическая последовательность, так называемая формальная истина. – Формальная логика есть логика последовательности мысли, а не логика истины.

Всего отчетливее это видно в узкоформальной логике. Положим, нам даны два умозаключения: 1) все люди смертны, Сократ человек, Сократ смертен и 2) все люди негодяи, Сократ человек, Сократ негодяй. – С точки зрения формальной логики оба умозаключения одинаково безупречны, «формально истинны». Ведь кто примет посылки, необходимо должен принять и вывод. – С точки же зрения конкретной логики второе умозаключение ошибочно.

28. Точка зрения формальной логики может казаться слишком искусственной. Между тем в обиходе под словами «логика», «логичный» и т. д. мы именно разумеем содержание формальной логики – именно логику последовательности. Когда мы говорим: «Ты рассуждаешь нелогично» то это означает лишь: «Ты рассуждаешь непоследовательно».

Слова: «У него железная логика» означают не то, что мысли его истинны, но то, что они необходимо вытекают одна из другой, так что, приняв одну, нельзя не принять другой.

29. В настоящее время вновь ведется борьба против формальной логики. Одним из самых сильных доводов против нас служит соображение, что форма зависит от материала и значит (делается вывод) изучать ее вне связи с материалом нельзя (Шиллер). Такую зависимость самое по себе можно считать установленной. «Различный материал требует различия формы». «Специальная форма всякой вещи зависит от ее материала» (Бозанкет). Это признают и защитники формальной логики, вдумывающиеся в данный вопрос, однако считают аргументом не против формального направления, но в пользу необходимости пересмотра учения о материале и форме. Это «труднейшая проблема теоретического сознания», «один из самых важных пунктов для дальнейших логических исследований» (Виндельбанд).

[3] Оставляя в стороне относительность понятий «форма» и «материал» вообще.

[4] Чистою называется чаще всего логика, «чистая» от всех эмпирических элементов.