Медный кувшин. Шиворот-навыворот: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я уж угожу моей старой птице, – сказал Гораций весело. – Такая будет клетка, по которой она напрыгается всласть!

– Вы – парень ловкий, – сказал Бивор, – но чтобы выполнить такое дело, у вас одного маловато в голове: балласта.

– А вы вваливаете в меня свой! Ну, дружище, вы, конечно, не сердитесь, что я отослал эти планы, не показавши вам? Они скоро опять будут у меня, и тогда вы можете любоваться на них сколько хотите. Нет, серьезно, мне будет очень нужна ваша помощь при окончательной отделке проекта.

– Гм… – сказал Бивор, – до сих пор вы так хорошо управились один… по крайней мере, судя по вашим словам, поэтому можно смело думать, что вы обойдетесь без меня в дальнейшем. Только, знаете ли, – прибавил он, уходя из комнаты, – вы еще не добыли себе рыцарских шпор. Человек еще не становится Микеланджело, Брунеллески или Джильбертом Скоттом только потому, что ему сразу попадает в руки шестидесятитысячный заказ!

«Бедняжка Бивор! – думал Гораций с раскаянием. – Я сильно задел его. Лучше бы показать ему эти планы, меня это не огорчило бы, а ему доставило бы удовольствие. Ну ничего, я с ним помирюсь после завтрака, попрошу его высказать мнение насчет… Но, нет! Пусть идет к черту! Даже дружба имеет свои пределы!»

Вернувшись после завтрака, он услышал у себя нечто похожее на спор, в котором, по мере своего приближения к двери, он ясно различал голос Бивора.

– Но, милостивый государь, – говорил он, – я уже сказал вам, что это вовсе не мое дело.

– А я вас спрашиваю, сударь, как собрата-архитектора, – говорил другой голос, – считаете ли вы это допустимым или разумным…

– Как собрат-архитектор, – отвечал Бивор в то время, когда Гораций отворял дверь, – я предпочитаю воздержаться и не высказывать мнения… Ах, вот и сам г-н Вентимор.

Гораций вошел и оказался лицом к лицу с г-м Вакербасом; физиономия у последнего была багровая и белые бакенбарды торчали ежом от гнева. – Вот как, сударь! – начал он. – Вот как… – и захлебнулся от негодования.

– Кажется, тут произошло какое-то недоразумение, дорогой Вентимор, – объяснял Бивор с деланной корректностью, разве только чуть-чуть менее оскорбительною, чем открытое торжество. – Я думаю, мне лучше оставить вас вдвоем с этим господином, чтобы вы могли объясниться спокойно.

– Спокойно! – воскликнул Вакербас с апоплексическим хрипом. – Спокойно?!

– Не имею понятия, чем вы так взволнованы, сударь, – сказал Гораций. – Может быть, вы потрудитесь объяснить?

– Объяснить! – Г-н Вакербас даже разинул рот. – Что ж… нет! Если я заговорю, то захвораю. Лучше скажите вы, – прибавил он, махнув пухлой рукой в сторону Бивора.

– Я не осведомлен обо всех фактах, – сказал Бивор, – но, насколько могу сообразить, этот господин думает, принимая во внимание важность работы, которую он нам поручил, что вы посвятили ей меньше времени, чем он мог бы ожидать. Но, как я уже сообщал ему, это меня не касается и он должен обсуждать его с вами.

После этих слов Бивор удалился к себе и затворил дверь с тою же безупречной скромностью, которая как бы выражала, что он ничуть не удивлен, но как слишком порядочный человек, не желает показать этого.

– Так, значит, г-н Вакербас, – начал Гораций, когда они остались одни, – вы недовольны домом.

– Недоволен! – сказал с бешенством г-н Вакербас. – Я возмущен им, сударь, возмущен!

Сердце у Горация упало – что же, значит, он обманывал себя? Значит, он только самодовольный дурак и – что самое неприятное – значит, Бивор судит вполне верно? И все-таки нет – как-то не верилось этому… Он знал, что его работа хороша!

– Да, это высказано откровенно! – сказал он. – Я очень огорчен, что вы недовольны. Я сделал все, что мог, чтобы выполнить все ваши указания.

– В самом деле? – брыжжа слюною, произнес Вакербас. – Так это вы называете… Но продолжайте, сударь, продолжайте!

– Я это сделал как мог быстрее, – продолжал Гораций, – потому что, как я понял, вы не хотели терять времени.

– Никто не может обвинить вас в медлительности! Хотел бы я знать, как это вам удалось сварганить все так чертовски скоро?

– Я беспрерывно работал день и ночь все это время, – сказал Гораций, – и поэтому кончил скоро… И вот благодарность за это!

– Благодарность! – почти завыл г-н Вакербас. – Ах, нахальный молодой шарлатан! И вы ждете благодарности!

– Послушайте, г-н Вакербас, – сказал Гораций, настроение которого стало омрачаться, – я не привык к подобному обращению и привыкать не желаю. Потрудитесь изложить в приличных выражениях, что именно вам не нравится.

– Мне не нравится вся проклятая штука, сударь. Я хочу сказать, что совершенно отказываюсь принять постройку. Это работа сумасшедшего, дом, где ни один порядочный англичанин, который хоть сколько-нибудь уважает себя, заботится о своей репутации и положении в графстве, не согласится прожить хоть единый час!

– О, – сказал Гораций, чувствуя нестерпимую тошноту, – в таком случае, конечно, бесполезно предлагать поправки.

– Абсолютно! – сказал г-н Вакербас.

– Ну хорошо, больше не о чем говорить, – сказал Гораций. – Вам не трудно будет найти архитектора, которому лучше удастся осуществить ваши желания, г-н Бивор, которого вы только что видели, – прибавил он с оттенком горечи, – вероятно, как раз подойдет вам. Конечно, я совершенно отступаюсь. И уж если кто-нибудь потерпел в этом деле, так это я. Не вижу, какой ущерб нанесен вам!