— Верно. Но феникс — звучит иначе. Их перья и правда искрят?
— Да.
— А огонь у них бывает только перед смертью?
— Нет, нет, — он рассмеялся, качая головой. — Это сказки. Наши могут звать пламя, когда захотят. Обычно в бою. Но когда им приходит срок, они становятся пеплом… и рождаются снова.
По залу полоснул скрежет — ножом по стеклу.
Стул. Резко отодвинули.
Мэл повернула голову, успела увидеть, как Эш тащит свой стул через весь зал. Поставил напротив её стола, сел и уставился.
Захиан не шелохнулся. Облокотился широко расставил ноги; красные глаза сверкнули проказой.
— Что-то не так? — спросила Мэл.
Эш качнул головой.
Захиан усмехнулся, снова повернулся к Мэл — наклонился так близко, что его губы почти касались её.
— Кажется, принц хотел бы узнать о моём королевстве, — прошептал он. Взгляд Мэл сам сорвался на его губы — ошибка. Воздух сгустился. Жар стал тяжёлым, обхватил горло.
Она повернулась к Эшу.
Золотые глаза горели не огнём, а чем-то очень похожим на злость.
Мэл медленно выдохнула, откинулась на спинку — оставила между собой и фениксийцем тонкую полосу воздуха. Жар отпустил; плечи Эша расслабились совсем чуть-чуть.
Захиан, не смутившись, коснулся её руки.
— Вы хотите танцевать?
— Нет, — рявкнул Эш.
Оба поднялись. Между ними только стол.
Напряжение стало живым.
И тут появился Кай.
Мэл лишь успела вздохнуть, как её бедовый брат окинул сцену взглядом, шумно втянул воздух и сморщился.
— Пахнет тестостероном, — оскалился он. — Мэл, пойдём-ка потанцуем с любимым братиком. — И протянул руку.
Мэл не мешкала. Приняла. Ускользнула от двух принцев, напоследок бросила взгляд через плечо.
— Что не так с Принцем Огня? — проворчала она уже на танцполе.
Кай фыркнул:
— Объясняю, сестра. Мужчины не любят, когда другой самец обнюхивает то, что они считают своим.
Мэл со всего размаха наступила ему на ногу.
— Я не его.
Кай поморщился.