— Ваш брат, кажется, отменный боец, — осторожно заметила она, подбирая слова. — Пожалуй, уместнее, чтобы он сражался вместо вас, Ваше Высочество. Свадьба через несколько дней — не хотелось бы чтобы появились синяки… или хуже.
Мэл фыркнула — в звуке звенело такое самоуверенное презрение, что Веру пробрало холодком.
— Я дерусь не хуже брата, — просто сказала она. — Да и вивериане не позволяют другим сражаться за себя. Мы либо бьёмся вместе, либо делаем, что должны.
Она двинулась — соскользнула с кровати с хищной плавностью, ступни бесшумны на холодном камне. Вера смотрела, как принцесса подошла к нетронутому подносу, сморщила нос и отвернулась с явным отвращением.
Служанка поколебалась, потом взяла щётку с туалетного столика.
— Вам нужно поесть, Ваше Высочество.
Нос Мэл сморщился ещё сильнее.
— Еда… мне не по вкусу.
Вера замялась.
— Ах, надо было сказать раньше, Ваше Высочество. Что вы предпочитаете?
Впервые Мэл на мгновение запнулась. Едва заметно, но всё же. По лицу скользнуло странное выражение, — и, к изумлению Веры, — смущение.
— Ну… — голос Мэл стал тише, почти неохотный: — Мы в основном едим мясо.
Вера с облегчением улыбнулась:
— В кухнях мяса много, Ваше Высочество.
Пауза. Потом фиолетовые глаза снова поднялись и впились в неё.
— Протухшее мясо.
Пальцы Веры судорожно сжали щётку.
— Протухшее, Ваше Высочество?
Мэл кивнула так, будто это самая естественная просьба на свете.
— Я… уверена, это можно устроить, — выдавила Вера, подавляя нарастающее в животе неприятие. — Что-нибудь ещё приготовить?
Мэл пожала плечами:
— Мы едим всё: фрукты, мясо, овощи… Если оно протухло — мы это едим.
— Всё протухшее, Ваше Высочество? — лишь тут Вера заметила, что её рука застыла, и снова начала расчёсывать; щётка легко скользила по густым ночным прядям. Она как раз закончила, уже потянулась за подносом, чтобы унести, когда голос Мэл остановил её.
— Тебе понравился Вечер Открытия?
Вопрос был достаточно невинным. Но в интонации принцессы звякнул колокольчик тревоги. Это просто болтовня? Или выверенный тест? Вера почти не сомневалась, что Мэл заметила её молчаливый обмен с королевой прошлой ночью. Но, возможно, сочла это обычной формальностью — ритуалом между королевой и служанкой.
— Было очень приятно, Ваше Высочество, — ответила Вера натренированной улыбкой. — А вам? Видела, вы танцевали с принцем.
Мэл фыркнула и в два шага лениво обмякла на подушках.
— Он довольно странный.
— Странный, Ваше Высочество?
— Кажется, я ему не особенно нравлюсь, — Мэл откинулась, лицо непроницаемо. — Впрочем, винить его не за что. Я бы тоже себя ненавидела, будь меня заставили жениться на мне. — Улыбка разошлась по её губам, и от неё по спине Веры пробежал невольный озноб. — А его мать любит меня ещё меньше.