Стискиваю челюсти и делаю последний шаг.
Заглядываю в дверной глазок. Желудок тут же ухает вниз, а ноги холодеют.
Все потому, что в подъезде стоит моя свекровь.
Только ее мне сейчас не хватало.
Глава 13
Прикрываю веки. Делаю пару глубоких вдохов и медленных выдохов. Поворачиваю ключ в замочной скважине.
— Почему ты так долго дверь открывала? — скрипуче спрашивает свекровь, проходясь по мне пренебрежительным взглядом.
Кривится.
Светлые волосы женщины затянуты в тугую гульку на макушке. В ушах болтаются золотые сережки-капельки. Белое пальто в пол расстегнуто, демонстрируя элегантное бежевое платье, которое подчеркивает точеную фигуру женщины и доходит ей до колен.
По сравнению со свекровью я точно выгляжу, как серая мышка. Видимо, поэтому, когда женщина поднимает взгляд и встречается с моими глазами, тихонько фыркает.
Едва сдерживаюсь, чтобы не захлопнуть перед ней дверь.
— И вам добрый вечер, Ольга Борисовна, — отхожу в сторону.
— Где мой сын? — спрашивает он, проходя в квартиру.
Останавливается ко мне спиной. Явно, ждет, чтобы я помогла ей снять пальто, как раньше делала. Но на этот раз подобный жест вызывает у меня лишь отвращение. Я ей не прислуга!
— Понятия не имею, — огибаю свекровь и иду в гостиную. — Вам нужно было позвонить ему, прежде чем приезжать.
Я никогда раньше так не разговаривала со свекровью. Обычно старалась быть вежливой, услужливой. Все-таки Ольга Борисовна — мама моего мужа. Но после измены Германа я больше не собираюсь притворяться. И теперь «внезапные» появления свекрови бесят еще больше.
— Алена, — строго окликает меня Ольга Борисовна, когда я почти вхожу в гостиную.
Застываю. На мгновение прикрываю глаза, набираю в легкие побольше воздуха и поворачиваю голову к свекрови.
— Что с тобой? — с прищуром смотрит на меня. — Ты заболела?
Уголки моих губ ползут вверх в ироничной ухмылке, но я с силой их опускаю.
— Нет, не заболела, — еще секунду стою на месте, после чего захожу в комнату.
— Кто плишел? — спрашивает Алесенька, когда я приближаюсь к ней.
— Бабушка в гости приехала, — стараюсь говорить спокойно, но дрожь все равно проскальзывает в голосе.
Видимо, напряжение последних нескольких дней сказывается на мне. Я еле-еле держу себя в руках. Единственное, чего мне сейчас хочется — остаться одной, лечь на кровать и уснуть. Но общение со свекровью означает, что расслабиться в ближайшее время я не смогу. В ближайший час, как минимум, меня ждет промывание мозгов на тему, какая я плохая жена.
— Бабуська? — воодушевляется дочка, широко улыбается, быстро сползает с дивана и мчится в коридор. — Бабуська! — визжит.
Сердце болезненно сжимается. Малышка всех немногочисленных родственников очень-очень любит. И отца еще больше. Ей будет тяжело свыкнуться с мыслью, что нам придется переехать. Как мне объяснить ей, что мы будем жить вдвоем?
— Ну тогда я пойду, — Зинаида Павловна встает, поправляет юбку.
— Пойдете? — хмурюсь.
— Да, Герман Викторович попросил меня остаться до того момента, пока не приедет Ольга Борисовна, — произносит она безэмоционально. — Также хочу предупредить вас, что на ближайшие несколько дней я взяла выходные.
— Что? — выдыхаю.