Такое чувство, что я чего-то не улавливаю.
Женщина смотрит мне прямо в глаза. Долго. Пристально. Длинно выдыхает. Приоткрывает рот. Явно, хочет что-то сказать, но звук приближающихся шагов ее останавливает.
— Я поживу с вами до конца недели, — заявляет Ольга Борисовна, входя в гостиную.
Резко разворачиваюсь.
— Что? Как? Почему? — выпаливаю вопрос за вопросом.
Свекровь вместе с Алесей на руках подходит ближе, хмурится.
— Я не могу приехать в гости к собственному сыну? — вздергивает бровь, в ее голосе слышится недовольство.
— Можете, но… — начинаю, но Ольга Борисовна желает шаг ко мне.
— Собираешься меня выгнать? — понижает голос до шепота.
Впивается в меня испытывающим взглядом. Воздух застревает в груди. Понимаю, что свекровь бросает мне вызов и хочет продавить меня, как делала всегда. Но на этот раз я не собираюсь уступать. Глубоко вздыхаю, вздергиваю подбородок, расправляю плечи. Смотрю свекрови прямо в глаза. Принимаю вызов.
— Прошу прощения, — прерывает наши гляделки Зинаида Павловна. — Я пойду, — подходит к Алесе. — Увидимся через несколько дней, юная леди, — улыбается моей дочке и направляется в коридор.
— Я провожу, — выпаливаю и следую за женщиной. Все, лишь бы побыть подальше от свекрови хоть какое-то время.
Стою, прислонившись к стене и наблюдая, как Зинаида Павловна надевает пальто, завязывает шарф, обувается. Когда приходит время уходить, женщина задерживается на пороге, заглядывает мне в глаза. Какое-то время молчит. Явно, о чем-то думает. Не знаю, к какому выводу приходит, но, в итоге, произносит:
— Если я вам понадоблюсь в следующее пару дней, только позвоните.
Судорожно втягиваю в себя воздух.
— Так вы не самостоятельно попросили выходной? — внутри все сжимается.
Зинаида Павловна коротко улыбается, нажимает на ручку, открывает дверь.
— Всего вам доброго и удачи, — желает, прежде чем выйти из квартиры.
Хлопок двери звучит, как захлопнувшееся крышка гроба.
Пару секунд не двигаюсь. Делаю несколько коротких вдохов и выдохов в попытке справиться с тревогой. Сжимаю кулаки, впиваюсь ногтями в ладони, разворачиваюсь и возвращаюсь в гостиную, готовясь к схватке.
Стоит мне только переступить, замечаю свекровь, сидящую на диване с Алесей на коленях. Бабушка с внучкой о чем-то перешептываются, но, когда я появляюсь в поле видимости, резко замолкают.
Ольга Борисовна отсаживает Алесю в сторону, встает и идет ко мне.
Напрягаюсь. Кусаю щеку. Жду.
Свекровь останавливается напротив, заглядывает в мои глаза, пару мгновений просто смотрит, после чего выплевывает мне прямо в лицо:
— Что ты сделала моему сыну, раз он дома ночевать не хочет?
Глава 14
Распахиваю глаза. Шокировано смотрю на женщину. Не могу поверить в услышанное.
— Что? Я что-то сделала? — переспрашиваю, просто на всякий случай.
— Ну, конечно, — хмыкает свекровь, с презрением глядя на меня. — Зачем еще ему просить пожить у вас? Герман, конечно же, сказал, что у него завал на работе. Но я-то знаю своего сына. Он просто так ночевать в лаборатории не будет. Поэтому лучше по-хорошему скажи, что ты сделала Герочке? Пилила его, да?
Из меня выбивает воздух.