— А что у вас произошло? — мое сердце пропускает удар.
Ингу крепче стискивает чашку.
— Я тебе потом расскажу, хорошо? — переводит грустный взгляд на меня. — Хочу сначала сама со всем разобраться.
— Конечно, — видимо, произошло что-то серьезное, раз Инга даже поделиться не может. Но вытягивать из нее все клещами я точно не буду. Захочет, расскажет. Поэтому решаю вернуться к своим баранам. — Короче, такая у меня засада. Такое чувство, что Герман решил меня присвоить. Как там заговорят? Сам ни ам и другим не дам? — горько усмехаюсь и отпеваю немного своего какао, который стал едва теплым.
За столом воцаряется тишина, ее разбавляет только медленная музыка и гомон голосов посетителей кафе. Но все это тонет в безнадежности, которая становится моей верной спутницей. Кажется, она пропитала каждую клеточку тела и не дает нормально мыслить.
— Давай, ты переедешь ко мне? — предлагает Инга. — Если что я отобью тебя от Германа, — на ее лице расцветает улыбка.
В ее голосе нет ни капли сомнения. Но… как я поняла, у Инги и без того полно проблем с мужем. Вмешиваться в их семейные разборки — это последнее, что мне нужно.
— Спасибо большое, я подумаю, — отрезать для себя вариант к отступлению тоже не хочу. — Нужно как-то работу найти, — отчаяние отражается в голосе.
Инга сужает глаза. Я прямо вижу, как шестеренки вертятся у нее в голове. Не проходит много времени до того, как улыбка появляется у нее на лице.
— Говоришь, Герман хочет, чтобы ты пошла на мероприятие, который устраивает новый партнер? — в глазах девушки появляется лукавый блеск.
— Д… да, — с подозрением смотрю на Ингу. Внутри все сжимается.
Девушка расплывается в широкой улыбке.
— У меня есть одна идея, — Инга на мгновение прикусывает губу. — Но остается лишь один вопрос, — сводит брови к переносице. — Сможешь ли ты продержаться с Германом еще три дня?
Глава 12
Три дня.
Мне нужно продержаться всего три дня. И один из них уже почти закончился.
Именно так я успокаиваю себя, пока возвращаюсь домой. Иду медленно, хоть промерзла до костей. В нашу квартиру с мужем возвращаться совсем не хочется, поэтому кутаюсь в серое пальто и такой же шарф, только чуть темнее, и бреду, стараясь не обращать внимания на ледяной ветер, который пытается снести меня с ног.
Я позвонила Зинаиде Павловне, как только вышла из кафе, поговорила с Алесенькой, которая была чем-то настолько увлечена, что отвечала мне лишь «ага» и «угу», поэтому без зазрения совести разрешила себе прогуляться.
Мне действительно есть о чем подумать. В первую очередь нужно привести мысли в порядок. Составить план действий, который состоит из трех больших пунктов: найти работу, квартиру, садик для дочки. Остается только разбить его на подпункты. Три дня — это очень мало для того, чтобы успеть разобраться с такими серьезными вещами.
Плюс, меня мучает любопытство. Что же придумала Инга? Но сколько бы я ни пыталась выпытать у нее, в ответ получала лишь: «Я сначала хочу убедиться, что все получится, а потом уже будем думать, как поступить».
Такая загадочность еще больше нервирует.
А то, что мне нужно каждый день видеть мужа следующие три дня, заставляет желудок судорожно сжиматься.
Почему я раньше не замечала, какой Герман на самом деле? Неужели все это время носила розовые очки?
Нет. Не может быть.
У нас все начиналось очень красиво, хотя я и сопротивлялась до последнего. Но устоять перед цветами с пожеланиями хорошего дня от будущего мужа, которые приносили мне прямо на пары мальчики-первокурсники, или от свиданий на крыше самого высокого здания в Москве, просто не смогла.
Герман в день нашей первой встречи сказал, что я в любом случае буду его, а потом снова напомнил об этом, когда мы подписывали документы в ЗАГСе. И похоже, не собирается отказываться от своих слов даже сейчас. При этом от других женщин отказываться не собирается.
Слезы собираются в уголках губ, но я часто моргаю, чтобы не дать им пролиться. Хватит уже жалеть себя и свою разрушенную семью, которая только внешне казалась идеальной. Нужно отряхнуться от грязи, в которую окунул меня муж, поднять голову и идти в новую жизнь. Без Германа.
Я о многом могу жалеть, но кое-что хорошее от нашего брака все-таки останется — Алеся. Ради нее можно было пройти через весь тот ад, который в последние дни устроил мне муж. Дочка — свет моей жизни. Благодаря ей я еще не развалилась на кусочки и борюсь.
Сама не замечаю, как дохожу до подъезда. Получается очнуться, только когда прикладываю ключ от домофона к замку и слышу противный писк. Машинально хватаюсь за металлическую ручку, тяну дверь на себя.
Но на этом все.