Я вижу, как по его лицу проходит тень.
Не физическая боль – другая.– Сергей знает, что ребёнок мой? – спрашивает.
– Знает, – отвечаю. – От неё. И сделал предложение. Хочет жениться.
Пауза.
Если до этого он держался на голой воле, то сейчас её, кажется, выбило.
Он откидывается на подушку, закрывает глаза. Пальцы вцепляются в простыню.
Я жду взрыва. Любого. Мат, истерику, приказ что-то сделать.
Но он только тихо смеётся. Безрадостно.
– Красиво, – хрипит. – Савин-старший гибнет, Савин-младший берёт на себя всё. Женщину, ребёнка, бизнес. Почти как мечта любой бухгалтерши.
– Не тебе шутить, – говорю грубо. – Они там живут, думая, что всё кончено. И уже выбирают, что делать дальше.
Он открывает глаза. Смотрит на меня так, будто сквозь.
– А ты? – спрашивает. – Ты уже выбрал?
– В каком смысле? – хмурюсь.
– В прямом, Стёпа, – впервые за разговор называет меня по имени. – Ты сюда приехал один. Значит, никому ещё не сказал. Ни ему, ни ей. Ни кому-то ещё. Так?
Я молчу.
Ответ очевиден.– Вот и вопрос, – продолжает он. – Что ты сделаешь дальше?
Он попадает прямо в точку.
Я смотрю на него – живого, сломанного, все еще опасного.
Вспоминаю Сергея у обрыва. Аню с пустыми глазами в Москве.Вспоминаю себя – того, кто назначил вознаграждение, потому что не смог смириться с «окончательно погиб».И понимаю, что сейчас это не он лежит на минном поле.
Это я.– Пока – ничего, – говорю медленно. – Сначала ты встанешь на ноги. Насколько это возможно. Потом будем решать.
Он усмехается:
– Решать, быть мне мертвым или живым?
Я не отвожу взгляд.
– Решать, как тебе вернуться так, чтобы не добить тех, кого ты и так уже раздавил.
Глава 69
Аня Перепелкина
Ночь не наступает – она просто сгущается.
Я лежу в темноте, уткнувшись в подушку, и в голове крутится одна картинка: гостиная, стол, родители по бокам, Сергей напротив.
«Я хочу предложить тебе… нам… брак».
Слова, как камни на дне. Не исчезают, даже если не думать.