– Без них есть шанс спастись хотя бы нам. Лучше, если выживет хоть кто-то! – замычал Лекс. Половина его лица была зияющей раной, и потому говорить у него получалось с трудом. – Безликий не осудит.
– Безликий приказал держать оборону! Всем стоять на месте! – рявкнул Теон.
Он кинул взгляд на бастион, который им с таким трудом удалось отбить, оттеснив суккубов Кейси. Его отряд вложил все силы в яростный рывок, чтобы отбросить демонесс. Это сработало, но потери были колоссальными, и теперь они могли лишь пытаться удерживать мост, – Кейси заблокировала телепортации, а ее суккубы день и ночь били плетьми по куполу, который Теон без конца подпитывал магией.
Теон не знал, что делать: броситься в атаку они не могли – войска Кейси задавят их числом. Отступить – значит сдать позиции и оставить раненых в бастионе на растерзание суккубам. Оставалось лишь стоять до последнего и ждать подмогу, но вот придет ли она?
Безликий с Лисом сейчас воюют с Кирино, слуги Вагиса и Стина сцепились с отрядами Лао, Райху шпионит за Черными Близнецами, Блэйз держит натиск Ясона, а проклятый выродок Нуар предал их альянс. Эта война длится почти тысячу лет. Когда же наступит перемирие?
– Теон, если мы… – Каспий не договорил, забулькав кровью.
Теон обернулся и увидел, как демон со стрелой в горле падает с моста в пропасть. И в тот же миг он почувствовал, что купол прорвали одним мощным ударом, – Кейси лично явилась за их головами.
– Отступаем к бастиону! – закричал Теон, защищаясь от града стрел щитом, за мгновение вырастив его из желудя, который теперь всегда носил на груди рядом с орлиным пером.
Никто не последовал приказу – остаток его отряда лег замертво.
– Нет, нет, нет!
Теон был в панике – он снова потерял доверенных ему демонов. Всех до единого. А теперь потеряет и двести раненых в крепости.
– Сука! – взревел Теон, вкладывая в удар все силы.
Волна магии снесла суккубов, обращая в пепел, и мост на мгновение расчистился. Но прежде чем он успел сделать хоть шаг, перед ним выросла Кейси. Она щелкнула своей плетью, и ногу Теона обожгло болью. Он до крови закусил губу, чтобы не закричать.
– Ну, кто тут у нас? – пропела демонесса, снова щелкая хлыстом. Острый наконечник ужалил Теона в плечо, заставив снова поморщиться от боли. – Маленький любимчик Безликого, выбившийся из сил, совсем один. – Плеть снова вонзилась в плоть Теона, на этот раз она оставила ожог на его руке. – Ты пожалеешь, что посмел уничтожить моих суккубов. Я вырву твои глаза и заставлю сожрать, прежде чем убью!
Плеть обвилась вокруг торса Теона, и он все-таки закричал от боли, рухнув на колени. Кейси нарочно била так, чтобы не прикончить его сразу, а растягивала удовольствие, нанося мучительные раны. Теон стоял на коленях и не мог подняться – он потратил все силы на купол и исцеление раненых.
– Знаешь, ты такая страшная, что я не против, если вырвешь глаза, – лишь бы морду твою не видеть, – нагло заявил Теон, растягивая перемазанные в крови губы в жуткой улыбке.
Кейси побелела от ярости – никто не смел ничего говорить о ее внешности.
– Молись о быстрой смерти, выродок! – выплюнула она, замахиваясь, чтобы ударить его по глазам, которые он гордо поднял вверх. Хотелось выжечь его нахальный, бесстрашный взгляд.
– Молиться стоит тебе!
Голос Лотос заставил Кейси замереть. Теон и повелительница суккубов во все глаза смотрели на палача, которая возникла между ними, запросто нарушив запрет на телепортации.
– Лотос, – прошипела Кейси, пятясь назад.
Теон с опаской смотрел на палача, – он не видел ее без малого тысячу лет. Сколько бы ни спрашивал, никто ничего не знал о ней. Она не участвовала в войне. Не явилась на бал, на котором триста лет назад круг аристократов признал ее независимость и дал клятву больше не пытаться ей приказывать.
И все же это была палач собственной персоной. Одета в черное, на руках горели руны. Она плавно наступала на Кейси и источала чудовищную мощь.
– Ты провинилась, Кейси, – объявила Лотос. – И ты будешь наказана.
– Я ничего не сделала!
– Да неужели? – прохладно осведомилась Лотос.
Теон не успел глазом моргнуть, как обе демонессы исчезли, скрывшись на другом краю моста. Он остался один. Ливень резко прекратился, суккубы исчезли, а еще Теон ощутил, что запрет на телепортации снят.
– Надо вытащить раненых, – прохрипел Теон и попытался встать на ноги, но не смог.
Рухнул на мост, разбив лицо. Тело горело от ран и едва слушалось. Он из последних сил подтянул руки, пытаясь приподняться, и снова упал. Кровь из разбитого подбородка капала на тыльные стороны его ладоней.
– Надо встать, – приказал сам себе Теон, из последних сил поворачивая голову вбок и глядя на бастион, где его ждали раненые товарищи. – Надо встать, – повторил он, чувствуя, как угасает его сознание.