В тот сонный августовский полдень среды единственными посетителями в пабе была пожилая пара, заглянувшая на «завтрак пахаря»[26], один на двоих. В два пополудни Белла ушла на обеденный перерыв. Солнце палило нещадно, поэтому она отправилась в подсобное помещение, заставленное старыми ящиками из-под пива и длинным узким столом, где хранились документы на доставку товара. Паб был встроен в склон холма, и летом в подсобке царила прохлада. Она предвкушала удовольствие от своих сэндвичей и хорошей книги.
У нее было полчаса на обед. Часы висели на стене рядом с монитором для видеонаблюдения, который выдавал четкое изображение интерьера паба со стороны барной стойки.
Джером, Фрэнк и Даниелла припарковались чуть дальше от паба «Суонн». Их грязный белый фургон затесался среди трех других грязных белых фургонов за рядом убогих домов на жилой улице.
Даниелла беспокоилась о том, что люди отдыхают в своих садах в столь погожий день, но сады на задних дворах оказались заросшими или использовались для свалки мусора, так что все было спокойно. Внезапно тишину нарушило далекое позвякивание фургончика с мороженым. Знакомая мелодия зазвучала громче.
– Нет, нет, нет. – Джером поднес к глазам миниатюрный бинокль, вглядываясь в длинную улицу, ведущую к главной дороге. – Нам не нужно, чтобы это место кишело ребятней.
Фургончик проехал перекресток, и звенящая мелодия достигла своего пика, а затем стихла.
Даниелла не хотела думать о том, насколько безумна и дерзка их затея. Машина для побега, оружие и балаклавы каждому – неужели это действительно все, что им нужно?
– Приготовиться, – скомандовал Джером.
Фрэнк посмотрел на сидевших впереди Даниеллу и Джерома со своего места на заднем сиденье. К пабу «Суонн» подъехал большой черный внедорожник «Мерседес», сияющий лакокрасочным покрытием.
Они наблюдали, как из машины вышли трое мужчин. Двое – высокие и мускулистые, – несмотря на жару, в джинсах и кожаных куртках. Третий – Уэйн Чанс – приземистый коротышка. Его прозвали «Бимбо» из-за болезненно-бледной кожи. У него не было бровей и растительности на лице, он с детства страдал от алопеции. На Бимбо были черная фетровая шляпа, темные очки и длинная черная кожаная куртка.
– Он оставил своих охранников в машине, – сказал Джером.
Они подождали, пока Бимбо и его сообщники не зашли в паб.
– Давай, твой выход, – добавил он, обращаясь к Даниелле.
В обтягивающих джинсах и топе, она направилась к внедорожнику. Длинные темные волосы развевались у нее за спиной. Подойдя к тонированному окну, она увидела свое отражение: воплощение секса. Она постучала по стеклу, и мгновение спустя оно опустилось. Два здоровенных охранника Бимбо сидели на водительском и переднем пассажирском сиденьях и курили. Оба имели при себе пистолеты. Она могла определить это по оттопыренным боковым карманам их спортивных штанов. Амбалы смотрели на нее, как на кусок свежего мяса, готовый к употреблению.
– Извините, мальчики. Я ищу Найт-стрит, – сказала она с улыбкой, зная, что в доме номер 14 по Найт-стрит находится местный стриптиз-клуб.
Олух, сидевший за рулем, гонял во рту зубочистку, оглядывая Даниеллу с головы до ног.
– Что нужно на Найт-стрит?
– «Шэдоу Лаунж».
– Эк тебя занесло, – сказал он, обращаясь к ее грудям. – Тебе нужно пройти до конца этой улицы, а затем повернуть направо.
– Подожди, у меня есть карта.
Даниелла полезла в сумку. Она почувствовала холодную сталь пистолета и, сделав вид, будто роется в поисках карты, вытащила спрятанное в сумке оружие и в быстрой последовательности выстрелила им обоим в голову.
Хлоп.
Хлоп.
Глушитель подавил шум выстрелов, но их треск все равно эхом разнесся по пустынной улице.
– О. Боже мой, – произнесла она вслух. Руки дрожали. Она долго отрабатывала эти движения, стреляя через мешок.
Двое мужчин полулежали, обмякнув и наклонившись вперед. Кровавые ошметки из развороченных затылков облепили задние кожаные сиденья. Она услышала рев двигателя фургона, когда Джером и Фрэнк подъехали к пабу.
Белла была рада, что у нее обеденный перерыв. На мониторе она видела, как Бимбо и его головорезы заходят в паб. Они приходили раз в неделю, выпивали, а потом спускались в подвал с Миком. Белла толком ничего не знала, но ходили слухи, что там хранились наркотики.
«Суонн» был из тех мест, куда устраиваются на работу по крайней нужде. Белле нужны были деньги на учебу в колледже. У других сотрудников были семьи, иждивенцы, поэтому никто не хотел рисковать всем, выясняя, чем занимается хозяин.
Белла смотрела, как двое громил пьют пиво, а Бимбо, как обычно, потягивает вино «Либфраумильх». В облике этого коротышки было что-то пугающее и в то же время хрупкое. Он снял шляпу и почесал голову пухлыми пальцами-сосисками. Черно-белая камера видеонаблюдения, казалось, улавливала свет, отраженный от его большой лысой головы. Он аккуратно надел шляпу и, оттопырив мизинец, отхлебнул вина.
Белла перевела взгляд на книгу и сэндвич. До конца ее перерыва оставалось семнадцать минут, и она надеялась, что к тому времени все уже уйдут. Она с облегчением заметила, что в баре появился Мик. Его губы беззвучно шевелились, пока он вел с гостями светскую беседу. Мик, хотя и крупный, высокий мужчина, в присутствии Бимбо и его дружков всегда держался подобострастно, как в тех исторических драмах, когда дворецкого вызывают наверх поговорить с хозяином поместья. Ему никогда не предлагали сесть, вынуждая стоять навытяжку.
[26] Дежурное блюдо в английских пабах – хлеб с сыром, луком и пикулями.