— Но…
— Надя — дочь Олега.
— Чего?! Ты… ты вообще понимаешь, что… Но… — ни одной нормальной фразы не могу сформулировать. Их слишком много и все абсурдны.
— Я сам не поверил, пока с ней не познакомился ближе, — произносит Матвей, попивая кофе и глядя вперёд. — Она на мою жену покойную похожа безумно. Я нашёл её детские фотографии — и там один в один. Маша, Надя её маленький двойник. Она даже ведёт себя, как Олеся. Вечно накормить всех хочет. Рассуждает немного забавно, но в том же ключе.
— А ещё она обожает платья, — добавляю тихо.
У Олега есть дочь. И я знакома с этой дочерью.
Моя жизнь становится похожей на какой-то сериал с неожиданными поворотами.
— Заскок отца передался и дочери, — бросает Матвей со смешком. — Ты бы видела, как они общаются, Маша. Как она тянется к нему, а он к ней. Даже Стефани заметила это.
— И она тоже не знает, — скорее утверждая, чем спрашивая.
— К сожалению.
— Надо рассказать, Матвей! Они заслуживают знать! — ловлю его взгляд и требую. — Это их право!
— Их право, Маша, но не наше. Во-первых, я обещал Царёву молчать. А во-вторых, я не хочу сломать отношения Стефани, Нади и Олега. Они сближаются довольно быстро. Если сейчас он узнает, что Надя его дочь, то это может всё сломать. Он сделает сразу ход, который заставит его быть с дочерью, потому что она — его ребёнок. Я вижу, что происходит сейчас. Они общаются со Стефани. Он помогает ей и Наде. Он в неё влюбится совсем скоро, — говорит он устало. — Будет лучше, если он просто влюбится в девушку с ребёнком, чем будет с девушкой, с которой у них общий ребёнок. Да и глупостей может натворить Олег. Захочет наказать Царёва и забрать Надю у Стефани. А Стефи не виновата. Она не знает до сих пор.
— Возможно, ты и прав…
— Ага.
— Но ведь тебе придется сказать, — напоминаю ему. — Для донорства.
— Может, и нет, — загадочно бросает. — Утром со мной связался Царёв. Он узнал ещё один метод, как помочь Антону. Сейчас разузнает детали. Возможно, донор и не нужен будет вовсе.
— Как это?
— Я не силён в медицине, Маша, — вздыхает он. — Но были такие случаи в практике врачей, работающих в том городе, где сейчас Царёв. Они придумали схему лечения, и она может помочь Антону. Но Царёв должен всё проверить и убедиться в плане и методиках.
— Олегу скажешь, что есть ещё один вариант?
— Только если буду уверен в том, что второй вариант возможен, — отвечает. — Пока лучше держать вариант с ребёнком Олега как основной.
— Н-да… — тяну и вздыхаю. — И всё же тебе стоит поговорить с Олегом, Матвей. Рассказать про новый метод. Да и про ребёнка! Про последнее точно!
— Последнее — не наша тайна.
— Ты Стефани скажешь? Хотя бы ей, — пытаюсь хоть что-то сделать. Олег мне симпатичен, и мне хочется помочь ему обрести желаемое, особенно когда оно так близко.
— Собираюсь, — кивает. — Но боюсь, что она сбежит, если узнает сейчас. Подожду немного, когда она влюбится, и, может, скажу. Не уверен…
— Как же сложно!
— Маша, только ты пока молчи. Пожалуйста.
— Я постараюсь.
— Пора домой, — Матвей протягивает мне руку, предлагая помощь.
Нужно просто протянуть свою и принять помощь. Подняться с мягкого пледа и закончить сегодняшний день на его признании. Закрыться в очередной раз. Не дать Воронцову проникнуть в мою голову.
Хотя кого я обманываю… Он всегда там сидел и сидит. Просто обычно я его прячу за плакатом “Его нужно ненавидеть”.