Достаю телефон и отправляю Лебедевой короткое сообщение: “Олег у меня. Он пьян. Телефон потерял. Переживает за тебя! Не волнуйся!”
— Я написал ей, — оповещаю его, усаживая на диван.
— Удали её номер! Сейчас же! — рычит на меня. — Она моя невеста! Моя! Ты не имеешь права держать её номер в своей этой хрени, — хочет вырвать мой телефон из рук, но я быстрее. Прячу смартфон в свой карман.
— Олег, успокойся! — молю его.
— Я её люблю, пап! Как маму люблю! Она хорошая! Она добрая! Она детей любит! Она мою куколку Элю очень-очень любит!
— Я знаю!
— Я не дам тебе её обидеть! Их!
— И это я тоже знаю.
— Скажи, я для тебя сын? — хватает меня за штаны так, что чуть ли не стягивает их. — Ты ради меня всё сделаешь? Ты мне как-то говорил!
— Сын, конечно же!
— Тогда ради меня — забудь всё, что между вами было! Забудь! — просит он. — Для тебя знакомство с Машей произошло в тот день, когда я привёл её в твой дом, — прикрывает глаза и откидывается на спинку дивана. С закрытыми глазами продолжает: — Я не могу отказаться от тебя, пап! Я маме обещал, что буду с тобой, несмотря на то, какой ты! Она тебя любила! Она тебе всё прощала! И я обещал, — поднимает взгляд на меня. — Я переступлю через себя, но ты сделай для меня эту мелочь! Забудь Машу!
— Эле нужна помощь. Моя помощь!
— Чего ты хочешь?
— Чтобы вы расстались, — твёрдо произношу и рядом с ним сажусь. — Не ради себя или Маши это делаю. Ради тебя. Ты не сможешь принять тот факт, что между мной и Машей что-то было. Я знаю тебя, сын! Ты не умеешь справляться с ревностью. Даже маму ко мне ревновал. И меня к моей работе. Я ведь даже на дистанционное обучение тебя перевёл и таскал за собой по ресторанам, чтобы ты успокоился!
— Я смогу, пап! — твердит он мне. — Ты сможешь забыть её?
Никогда!
— Смогу, — вопреки собственным мыслям обещаю. — Но я хочу быть рядом с Элей. Хотя бы пока она не научится сама говорить о своих болях.
— Маша не отдаст тебе её.
— Да, — соглашаюсь. — Ладно, — вздыхаю и поднимаюсь на ноги. — Пойдём, я отведу тебя в твою комнату. У меня есть одна идея. Но обговорим её утром. На трезвую голову.
— Но ты Маше написал, да?
— Написал. Хочешь позвонить ей? — предлагаю и протягиваю ему телефон.
— Нет! — отталкивает его от меня. — Не хочу, чтобы она слышала меня таким.
— Сколько выпил-то? — интересуюсь по дороге.
— Два стакана виски.
— Слабак!
— Иди ты! — шатается. — Я против алкоголя!
— Оно и видно…
— Бать, — тянет Олег и входит в столовую.
Бросаю взгляд на сына и с трудом сдерживаю улыбку. Помятый, опухший и морщится от света — все последствия его вчерашнего времяпровождения.
Ох и дурак! Может, у них, у молодых, у всех так? Старших не слушать? Маша, Олег… Самостоятельные, сами все решают.