– Поедем вместе?
Мария задумалась, но ненадолго.
– Да, пожалуй. Едем.
– Будешь обвинять фарданцев?
– Буду, конечно, – Мария даже удивилась такому вопросу.
– Не боишься войны?
– А ты думаешь, такие вещи устраивают, чтобы потом тебе поулыбаться и по плечу похлопать? Если страна предпочтет позор войне, она получит и позор, и войну[26].
Саймон задумчиво кивнул.
– Да… и войну, и позор, тут ты права.
– Конечно, я права. А потому фарданцы мне за все ответят, – сдвинула брови Мария.
– Я помогу. И поддержу.
Мария проглотила язвительное замечание и кивнула брату.
– Будешь второй раз перекидываться – позови меня. Потом уже можно и самостоятельно.
– А что-то может пойти не так? – забеспокоился Саймон.
– Нет. Это перестраховка. Я не хочу лишнего риска, ненужного, – отмахнулась Мария.
– Хорошо. Позову.
– А пока отдыхай. Думаю, сейчас ты уснешь и быстро, и крепко. Доброй ночи, братец.
Саймон пожелал сестре спокойной ночи и забрался под одеяло. Мария привычно перекинулась в змею и уползла, чтобы не создавать суматохи. Если бы она пришла в своем нормальном облике – это шум, это придворные, это суета. А так… проползла змейка – и что? Кто ее вообще замечает?
Если гюрза не захочет, то и никто.
Саймон проводил змеиный хвост, исчезающий в окне, задумчивым взглядом.
Змея.
И он.
Да, сестра устроила нечто невероятное! Но…
Мысли путались, сбивались, волной накатывала усталость, и через несколько минут Саймон уже крепко спал. И снились ему далекие тропические джунгли, которые он в жизни ни разу не видел. И здоровущий самец анаконды, висящий на удобной ветке, вниз головой.
Ему было тепло и уютно. Вот еще бы найти кого скушать?
Хорош-шоооо…
Визита предстоятельницы предстоятель не ждал, но раз уж пришла – не отказывать же? Более того, если и в этот раз она принесла что-то интересное…
Принесла.
Вошла, положила на стол письмо.
– Мне написала мать-настоятельница Евгения. Да, та самая. Ее величество с ней нашла общий язык, а матушка Евгения уже пишет мне. Чтобы не возникало подозрений. Мне так из многих монастырей пишут.
[26] В оригинале Черчилль сказал немного иначе, но доработали цитату просто отлично.