– Роли поменялись, Эрсон?
– Позлорадствовать пришел?
– К чему мне? Пришел последние новости рассказать. Что Диана королю изменяла с Вейнардом, ты уже знаешь.
– Знаю. Стерва!
– Стерва, – согласился Димас. – Не понимаю, чего ей не хватало? Родила б детей, Иоанн бы ее на руках носил. А она даже не беременна.
– А вдруг?
– Его величество приказал ее осмотреть нескольким повитухам.
– Для чего?
– Не хочет казнить беременную женщину.
Слово упало тяжело, каменно, придавило не хуже плахи.
– Казнить?
– Ты считал, Иоанн утрется и всех простит? Диана уже приговорена к смерти. Вчера состоялся суд.
– Всех? – выцепил главное слово Виталис Эрсон.
Димас задумчиво кивнул.
– Рода Эрсон более не будет. Иоанн приказал. Тебя, Валента… взрослых мужчин рода Эрсон казнят. Женщин с детьми выдадут замуж в другие рода, а чтобы их там приняли, дадут хорошее приданое. Дети его наследуют, но рода Эрсон больше не будет. Из гербовников вас тоже вычеркнут.
Виталис постарел за секунду на двадцать лет.
Король милостив?
Мог бы и весь род под топор пустить? В том-то и дело… из тюрьмы возвращаются, с каторги, но если род пресекут… просто Эрсонов больше не будет. И имя их забудут, и вычеркнут из гербовника. Всех мужчин старше пятнадцати убьют, остальные… в чужие рода, с чужими фамилиями, и для Виталиса это было просто немыслимо. Чудовищно… хуже кары он себе и представить не мог!
– За что?! Ладно еще меня, а остальных?
– На суде всплыли старые Дианкины грешки. Оказалось, что она еще до свадьбы потаскаться успела… ты не знал?
– Догадывался, – махнул рукой Виталис. А что, если и так все известно. – Но девушкой она оставалась, а потискаться – поцеловаться, кто тем не грешен?
– Там и больше было. Там ее до короля много кто перетискал, вот Иоанн и разгневался. Решил, что Эрсоны в курсе были.
Виталис вспомнил ту же Эсмеральду… и впервые подумал, что не дура Эсси, ой не дура! Отказалась она приезжать, и правильно, зато и цела осталась.
– Когда?
– Дианку буквально через три-пять дней. Был суд, вынесен приговор, а палачей хватает.
– А остальных?
– Думаю, еще пару дней подождут для приличия.
– Радоваться будешь?
Димас качнул головой.
– Нечему. Если б ты не на себя работал, а для Эрланда, сколько мы могли бы сделать! Сколько получить! Государство первым на континенте было бы! А ты…