Форма лица: овальная
Цвет лица: —
Особые приметы: —
Отпечатки пальцев (два больших пальца)
Подпись владельца:
Шамбери, 3 января 1958 г.,
Префект
– Но почему вычеркнута фамилия?
Изумленная Натали читает и перечитывает каждое слово, рассматривает печати, марку, касается их кончиками пальцев, не сводит глаз с бумаги, которую держит, и наконец произносит:
– Ты видела ее подпись? Крестик!
– Ей было двенадцать лет.
– Ты больше ничего не нашла в конверте?
– Ни-че-го.
Я решаю не говорить Нат о другом конверте, том, где лежала статья об отце Бланш. Расскажу позже.
Она рассматривает фотографию маленькой девочки.
– Я не помню твою тетю молодой.
– Взгляни, – говорю я и кладу на стол фотографию Колетт.
– Ей примерно столько же лет, сколько Бланш на удостоверении. Тетя обнимает моего отца за плечи, на заднем плане виден замок де Сенешалей. Думаю, снимал Блэз, у него была камера. Я всегда носила фотографию в бумажнике, а получила от мамы, когда мне было столько же лет, сколько Колетт на ней. Папа невероятно красив, так бы и съела…
– Ну ни фига себе… – выдыхает Натали.
– Вот именно, ни фига, я отреагировала так же, когда нашла конверт с удостоверением. Безумие, иначе не назовешь.
– Она могла бы выдавать себя за другую, они похожи, как близняшки.
– Говорят, у каждого человека есть двойник.
– Не захочешь, а поверишь!
– Смотрела «Двойную жизнь Вероники»?
Судя по выражению лица, Натали не уверена.
– Что еще за Вероника?
– Фильм Кисьлевского с Ирен Жакоб. Великолепный, потрясающий. История Вероники и Веро́ники. Француженки и польки. Они не кровные родственницы, никогда не встречались, но похожи абсолютно во всем и иногда испытывают одинаковые эмоции в один и тот же момент.
– Я видела этот фильм! Там еще герой-кукольник.
– Точно… Его играет Филипп Вольтер.
– Ты покраснела, Аньес.