Фабрика воспоминаний: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он наклонился поцеловать Мари Бель, а та шепнула ему на ухо:

— Не вздумай, пусть этой чепухой развлекаются немцы… — Обведя взглядом поклонников в форме, актриса любезно произнесла: — Герр генерал, была рада снова видеть вас сегодня вечером! Смотрите не переутомитесь…

— Niemals! Никогда! — горячо воскликнул генерал, галантность тона которого, впрочем, нисколько не смягчала его гортанного акцента.

На этом воспоминание закончилось. Несколько секунд Габриэль оставался неподвижным, затем медленно снял шлем и прошелся по комнате. Он услышал звук ее голоса, ему стало известно ее имя. Теперь у него было достаточно данных, чтобы вернуть к жизни виолончелистку Ориану Девансьер. Габриэль открыл поисковик и принялся гуглить ее биографию, дискографию, список концертов, на которых она выступала, список музыкальных композиций к фильмам, в записи которых она участвовала, — словом, все, что только можно отыскать в интернете.

В статье «Википедии», посвященной виолончелисткам XX века, имя Орианы было набрано красным шрифтом, отдельной страницы с ее биографией пока не создано. Габриэль тщетно пытался раскопать что-нибудь об Ориане в связи с Рене Ле Энафом, в котором без труда узнал режиссера «Полковника Шабера» и монтажера фильмов Рене Клера и Марселя Карне. В одном из блогов упоминалась книга «Авантюристы с радио», в которой автор Жак Песен представил Ориану как частую гостью радиостанции «Радиола».

Габриэль с облегчением вздохнул, суммировал в голове все собранные сведения и прилежно записал их в черный кожаный блокнот. Закончив, он не устоял перед искушением и снова погрузился в воспоминание, чтобы наполнить память изображением этого лица, которое так пьянило его.

Несмотря на поздний час, Габриэль, охваченный противоречивыми ощущениями, никак не мог заснуть. Воодушевленный приливом новой энергии, он ходил по квартире взад-вперед, его мозг был перевозбужден, Габриэль курил, пил вино и уплетал шоколад. В конце концов он уселся за пианино, открыл переложение «Силы судьбы» Верди и, нимало не тревожась, что нарушает чей-то покой, заиграл со всей отдачей.

7

— «Необыкновенный поход в Гималаи», воспоминание журналиста, — раз, «Необыкновенный поход в Гималаи» — два, «Необыкновенный поход в Гималаи» — три! Продано за пятьсот евро даме за колонной. Прошу, пройдите на кассу и оформите покупку… Следующий лот можно смело назвать уникальным — это воспоминание, выставленное на продажу самим Морисом Эрцогом, об ужине с Жаком Шираком в Елисейском дворце в тысяча девятьсот девяносто восьмом году. Стартовая цена полторы тысячи евро… Три тысячи, мадам? Четыре тысячи — участник по телефону…

Сара уже вышла из аукционного дома на улице Россини, радуясь, что получила желаемое по выгодной цене, и легкой походкой направилась к отцу по тихим, полусонным улицам субботнего Парижа. От мыслей о подарке, который она собиралась преподнести отцу, сердце Сары билось часто-часто.

Территория реабилитационного центра, где в данное время лечился ее отец, граничила с чудесным живописным парком. Шагая по нему, Сара блаженно вдыхала свежий воздух Тут и там по до рожкам перемещались люди разных возрастов, которые восстанавливались после несчастных случаев. Сара, знакомая едва ли не с каждым, еле успевала говорить «Доброе утро!», улыбаться и поздравлять с тем, что лечение продвигается успешно. Она помахала своему ровеснику, которому буквально на днях разрешили больше не носить шейный корсет. В данный момент он, опираясь на костыль, выполнял физические упражнения.

— Меня скоро выпишут! — крикнул он Саре.

Сара, по традиции пришедшая не с пустыми руками, угощала всех рисовыми лепешечками с манго. К ней подошла поздороваться дама по имени Аделаида, которая жила в доме напротив и много времени проводила в этом парке. Это была экстравагантная дама со своей идеей фикс, коей она охотно делилась со всеми, кто желал выслушать. Аделаида искала мужчину, за которого рассчитывала выйти замуж и быстро овдоветь. Сейчас она жила одна, до того успела побывать в браке и развестись и теперь, по ее словам, мечтала «перед смертью поставить все возможные штампы в паспорте». Сара, поначалу шокированная этими рассуждениями, давно уже лишь кротко кивала, стоило Аделаиде в очередной раз завести соответствующий разговор в ее присутствии.

Зайдя в лифт, Сара поздоровалась с самой пожилой постоялицей в инвалидной коляске, основным занятием которой было ездить вверх и вниз по этажам в ожидании момента, когда провидение ниспошлет ей лифтера. Сегодня дама была в скверном настроении и колесом коляски отдавила Саре ногу.

Пьер, отец Сары, находился в своей комнате. Одетый в спортивный свитер, свежевыбритый, с аккуратной длинной стрижкой, он сидел на стуле и смотрел в одну точку, отчего Сара вмиг пала духом. Пьер входил в число самых отважных альпинистов своего поколения, именно он приводил на вершины гор всемирно известных геологов и климатологов. Его экспедиции, его достижения, повторить которые до сих пор не удалось никому, были увековечены во множестве документальных фильмов. В реабилитационный центр Пьера пришлось поместить несколько месяцев назад после того, как он напрочь утратил воспоминания о своей альпинистской жизни после неудачного падения с ледника Боссон. Врачи объяснили Саре, что для того, чтобы поправиться, ему крайне необходима стимуляция памяти, и она бросилась выполнять это назначение.

Сара верила, что лицезрение гор и проживание воспоминаний, пускай даже не своих, помогут отцу восстановить память. Ей нравился современный мир, где воспоминаниями можно делиться, а прошлое становится источником надежды.

Обняв и расцеловав отца, Сара вставила чип с «Необыкновенным походом» в его шлем, запустила программу и села рядом. Лицо Пьера сразу стало расслабляться — судя по всему, гималайское солнце действовало точно капельница. Сара гадала, что сейчас видит отец. Описание лота было сумбурным, но она все равно его приобрела и теперь радовалась, наблюдая, как Пьер вздрагивает, на что-то реагирует, смеется и бормочет себе под нос, будто к нему возвращались собственные воспоминания.

Он снял шлем.

— Если найдешь еще такие, приноси, очень интересно! Вот уж рванул так рванул! Просто потрясающе! — Пьер подмигнул дочери, вставая, обнял ее, потянул за собой и выполнил несколько танцевальных па.

Счастливая оттого, что отец приободрился, Сара не решилась ни о чем его расспрашивать.

— Пойдем в пекарню, — предложил он. — Я есть хочу!

В парке они встретили Аделаиду, и Пьер предложил ей составить им компанию. Наслаждаясь солнечным весенним утром, они уселись за уличный столик и заказали пирог с заварным кремом. Пьер курил сигарету. Когда с десертом было покончено, они втроем вернулись в парк. По пути Сара обратила внимание, с каким блеском в глазах отец смотрит на завитые локоны Аделаиды.

Габриэль дожидался Сару на улице Одеон, в ресторане «Сова». Примчавшись туда, Сара принялась взахлеб рассказывать о визите к отцу. Слушая ее, Габриэль отметил про себя, что Сара коротко подстриглась. На ней была расклешенная темно-синяя шелковая юбка и ярко-желтая майка, подчеркивающая загар, который она привезла из Тосканы, куда недавно ездила вместе с матерью. Красивая и умная Сара могла бы нравиться Габриэлю, не будь он столь одержим Орианой. Сара, со своей стороны, месяцами только и делала, что ждала знака, дабы осмелиться вложить свою руку в его, приблизить свое лицо к его и приложить свои губы к его.

— Ладно, хватит о моем отце. Как там твои воспоминания о «Федре»?

— Кайф, экстаз! Я видел ее, Сара, видел ее!

— Значит, не зря я гонялась за тем старым антикваром? Его, кстати, зовут месье Лабрю.

— В тех обрывках, что он тебе отдал, не было ничего примечательного. Зато воспоминание, которое я вырвал у него из рук на аукционе в «Друо», открыло мне двери рая!

— Выходит, мои старания были напрасными?

— Ну что ты, вовсе нет! Один из зрителей сидел во втором ярусе, другой в партере, третий — в ложе бельэтажа, их воспоминания по-своему занимательны, просто мне ни одно из них не пригодилось. Аты — настоящее сокровище, спасибо тебе огромное за помощь! Все расходы я оплачу.

— Не заморачивайся, я сама все улажу. Но уговор есть уговор, и теперь тебе придется подарить ему то воспоминание, которое ты купил в «Друо».