– Не знаю, Лэй.
– Это весело. Типа... реально охуенно весело.
Я снова глянул на Диму, и, похоже, Роуз все-таки уговорила его сесть.
Правда, он все еще выглядел чертовски злым, а его люди продолжали подходить к ДиДжей Хендриксу и вести очень серьезные разговоры.
– Да, – я повернулся к Мони. – Это весело. Я никогда...
Мони приподняла брови.
– Что?
– Никогда так не развлекался.
– Без барбекю?
– Нет. Мы устраиваем пиры, но все это формальные штуки.
– Типа того, что в отеле в Глори?
Я вспомнил ту первую ночь, когда увидел Мони в том прекрасном синем платье.
Во мне зазвучало желание.
– Да. Как пир в отеле или даже на Горе Утопии, – я указал на всех, кто вокруг веселился. – Но это другое.
– Да, другое.
– Я хочу делать больше таких вещей.
– Ну... – она схватила меня за руку и сжала. – Тебе повезло, я обожаю праздновать, когда все хорошо. Главное только, чтобы Джо снова никого не накачала.
– Наверное, это была лучшая часть, – я глянул на Джо.
Она все еще облизывала пальцы, покрытые фирменным барбекю Шефа Фу.
Глубоко вздохнув, она откинулась на спинку стула и вытерла рот салфеткой. Увидев, что я смотрю на нее, сказала:
– Бэнкс сейчас жестко проиграет. Он ни за что не переплюнет эти блюда.
Мони пожала плечами.
– Никогда не знаешь. Бэнкс умеет жарить по-настоящему.
Джо положила в рот еще кусок каракатицы.
– Слушайте, я собираюсь найти себе сексуальную китаянку, которая так умеет готовить.
Мони нахмурилась и посмотрела на сестру.
– Ты так не можешь говорить.
– Почему нет?
– Потому что это фетишизация расы, – начала Мони.
Джо перебила ее смехом.