– Дима, – Роуз нахмурилась.
Дима пожал плечами:
– Тин-Тин, люди всегда найдут за что осудить тебя, что бы ты ни делала. У тебя суперсила. Главное не позволить этому заставить тебя прятаться. Не уменьшая себя... только потому, что кто-то другой не в состоянии вынести твой свет.
Тин-Тин перестала выкладывать кинжалы и уставилась на него:
– Ты убивал людей?
Я с открытым ртом замерла от шока.
Дима подмигнул:
– Многих.
Плечи у меня тут же напряглись.
– Так, все, хватит. Нам нужно убрать кинжалы обратно в сундук и пойти на барбекю. Там же еще будет битва грилей, и...
– Пожалуйста, Мони, – Тин-Тин распахнула глаза в испуге. – Дай мне еще десять минут. Я просто кое-что хочу посмотреть.
Я тяжело выдохнула:
– Ладно... только больше никаких разговоров про убийства.
С тяжелым, демонстративным вздохом, в точности как у Хлои, Тин-Тин ускорилась, выкладывая кинжалы с прежней осторожностью.
Дима ободряюще кивнул ей:
– И если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы разобраться со своими суперспособностями – я рядом.
Губы Тин-Тин дрогнули в слабой улыбке, но она ничего не ответила.
Затем Дима что-то быстро записал в блокноте. После этого он поднял ручку над страницей:
– А теперь вернемся к кинжалам. Почему их так много и для чего они использовались?
Я снова перевела взгляд на землю.
Там уже лежало не меньше тридцати кинжалов.
Это безумие.
И только подумать, Лэй ночами ошивался у дома Шанель, разговаривал с призраками и выкапывал все это из-под земли.
Я никак не могла осмыслить, насколько все это безумно.
Я бы никогда не сказала этого Лэю, но я понимала, почему Лео мог бы ее убить. Все это шло вразрез с его желаниями, чтобы Лэй сосредоточился на Востоке.
Выдохнув, я подошла к кинжалам.
Подожди. Что за странность?
У некоторых кинжалов в древесине были вкраплены крошечные точки – маленькие, четкие, аккуратные.
У других – выведены линии.
Дима снова что-то записал: