Но... я понимаю, к чему клонит Тин-Тин. Почему их так много?
Каждый деревянный кинжал был уникальным, почти таким, будто его вырезали разные руки или будто он был предназначен для своей, особенной цели.
Теперь, когда Тин-Тин снова дышала ровно и пришла в себя, она отошла от меня и подошла к сундуку.
И вдруг, без всяких предупреждений, просто начала вытаскивать кинжалы один за другим и выкладывать их на землю.
Я встала:
– Тин-Тин, что ты делаешь?
Она даже не ответила. Просто продолжала выкладывать их, один за другим.
Блядь. Ну все. Теперь я точно не затащу ее на шашлыки. Да и о еде она вряд ли вспомнит.
Она была сосредоточена до одержимости, будто перестала видеть, слышать, чувствовать что-либо, кроме этих кинжалов.
Я напряглась, и все же… я понимала, почему ее это так зацепило.
Когда она выкладывала кинжалы на землю, становилось ясно – это были не просто какие-то игрушечные или декоративные штуки.
Дерево местами было отполировано временем до гладкости, а местами шершавое, с занозами, как будто эти кинжалы пережили очень многое. И, возможно, их даже использовали.
Но больше всего меня поразило невероятное разнообразие форм и дизайнов.
Некоторые из кинжалов были длинными и тонкими, сужающимися к острому кончику, который, казалось, мог бы пронзить что угодно.
Другие были короткими и толстыми, с широкими, плоскими лезвиями, больше подходящими для сокрушительных ударов, чем для резки.
У каждого кинжала был свой характер, своя индивидуальность, что делало его особенным среди остальных.
Некоторые лезвия имели странную форму, с изгибами, не поддающимися логике, будто дерево скрутили так, как это вообще не должно быть возможным.
У одного из кинжалов лезвие зигзагом шло от рукояти до самого кончика, каждое изломанное ребро было острым и резким, образуя зубчатый край, который выглядел по-настоящему опасно, даже несмотря на то, что он был сделан из дерева.
Другой был изогнут так, что напоминал полумесяц, с гладкой, отполированной поверхностью, и все же в этой утонченности было что-то зловещее.
Я не понимаю.
Тин-Тин заговорила, не глядя ни на кого:
– Ты кому-нибудь еще рассказывал про них, Лэй?
Он поднялся с колен и подошел ближе:
– Только нескольким моим людям было известно о сундуке с кинжалами.
– Это Бандит велел тебе держать это в секрете?
– Нет. – Он покачал головой. – Я просто не думал о них.
Все его мысли были заняты Шанель.
Удар ревности был резким.
Я отогнала его.
Дима кивнул одному из своих людей в желтом: