Чтобы довести «Шишигу» до ума, превратить её в рейдовый танк, нужно еще минимум пятьсот. А лучше семьсот, чтобы не выезжать в первый же рейд с голой жопой и одним магазином на двоих.
— Мы поторопились, — тихо сказала Катя. — Мы купили мечту, но забыли купить батарейки.
Я прислонился спиной к ржавому борту. Ситуация была патовая. У нас есть машина, которая не может ехать в рейд. И у нас нет денег, чтобы заставить её ехать.
Вариантов было немного. Продать машину обратно? Зуб возьмет её за полцены и будет ржать нам в лицо. Идти в пеший рейд? Самоубийство. Без транспорта много не унесешь, а риск нарваться на стаю в лесу — огромный. Оставалось одно. То, от чего мы так гордо отказались пару дней назад.
Я посмотрел в сторону большого ангара, где обычно парковался «Тигр» Бурого. Там горел свет, слышался смех и звон инструментов.
Катя перехватила мой взгляд.
— Нет… — протянула она. — Ты серьезно? Мы же с пафосом ушли. «Свободное плавание», «своя игра»…
Я развел руками. "Жрать захочешь — не так раскорячишься".
Я взял прутик и начертил на пыльном борту грузовика: «500». Потом указал пальцем на ангар Бурого.
— Придется проглотить гордость, — вздохнула она. — Думаешь, возьмет обратно?
Я кивнул. Хороший сенс и контролер на дороге не валяются. Бурый прагматик. Он может поржать, может подколоть, но от выгоды не откажется.
Мы закрыли кабину (замок работал через раз, но кому нужна эта недвижимость?), подперли колеса кирпичами и пошли на поклон.
В боксе Бурого пахло жареным мясом. Штопор и Глория сидели на ящиках вокруг мангала, сооруженного из старого колесного диска, и жарили шашлык. Бурый копался в двигателе своего «Тигра», по локоть в масле.
Увидев нас, Штопор замер с шампуром в руке.
— Опа! — расплылся он в улыбке. — Блудные дети вернулись! А я говорил, что через неделю приползут. Глория, с тебя десятка!
Женщина со шрамом закатила глаза и достала из кармана серый шарик, бросив его ирокезу.
— Быстро вы, — хмыкнула она. — Что, свободная жизнь оказалась не такой сладкой?
Бурый вылез из-под капота, вытирая руки ветошью. Он посмотрел на нас тяжелым, внимательным взглядом. Без злорадства, но с пониманием.
— Ну, рассказывайте, бизнесмены. Купили?
— Купили, — твердо сказала Катя, хотя щеки у неё покраснели. — ГАЗ-66.
— «Шишига»? — Бурый одобрительно кивнул. — Выбор правильный. Проходимость бешеная. Но…
— Но она пустая, — закончила Катя. — И требует ремонта. Денег нет.
Бурый усмехнулся в бороду.
— Классика. Купили седло, а на лошадь не хватило. И что теперь? Хотите назад?
Я вышел вперед. Посмотрел ему в глаза.
— Уррр…
Я показал пять пальцев. Пять процентов. Старые условия.
— Пять процентов? — переспросил Бурый. — А не жирно будет? Вы же теперь с «прицепом». Вам на ремонт надо, вы будете дергаться, рисковать ради лишнего хабара.
Он помолчал, разглядывая меня. Я не отводил взгляда.
— Ладно, — махнул он рукой. — Черт с вами. Место в «Тигре» еще не остыло. Но условия такие: работаете на полную. Никаких «я устал», «у меня голова болит». Нам нужен полный трюм. И еще…