Она выглянула в дверной проем, ведущий в другую комнату. Подняла свою кружку с чаем, отпила из нее и поставила на стол.
– Продолжай, – попросила она. – Хочешь рассказать до конца?
– Потом я начала встречаться с ним в парке, – сказала девушка. – Оттуда он меня забирал. Возле зерновых элеваторов. Я садилась к нему в машину, и мы ехали в кафе «У Шаттук» на шоссе, съедали по гамбургеру или что-то в этом духе, а потом катались часок по окрестностям с открытыми окнами, болтали, он говорил забавные вещи, радио было настроено на Денвер, ночной воздух наполнял машину. А после, спустя какое-то время, мы всегда приезжали к той заброшенной ферме и останавливались. Он говорил, что она только наша.
– Но он никогда не приезжал забрать тебя к твоему дому?
– Нет.
– Ты не хотела этого?
Девушка покачала головой.
– Не при маме же. Я попросила его так не делать.
– Понимаю, – откликнулась Мэгги. – Продолжай.
– Больше и рассказывать нечего, – закончила девушка. – Когда начались занятия в школе, в конце августа, мы еще пару раз катались вместе. Но что-то изменилось. Не знаю что. Он ничего не говорил. Он не предупредил меня. Просто перестал меня забирать. Однажды он просто больше ко мне не приехал.
– Ты не знаешь почему?
– Нет.
– Ты знаешь, где он сейчас?
– Не уверена, – сказала девушка. – Он что-то говорил про Денвер. Он знал кого-то в Денвере.
Мэгги Джонс пристально изучала ее. Девушка выглядела уставшей и грустной; закутавшаяся в плед, она была похожа на жертву крушения поезда или наводнения, на печальный обломок катастрофы, которая обрушилась на нее, сбила с ног и понеслась дальше. Мэгги встала, взяла их кружки, выплеснула остатки чая в раковину. Остановилась у стола, глядя на девушку.
– Но, милая, – воскликнула она горячо, – ради Бога! Неужели ты ничего не знала?
– О чем?
– Вы вообще как-то предохранялись?
– Да, – ответила девушка. – Он предохранялся. Но пару раз защита рвалась. По крайней мере, он так говорил. Он мне так сказал. После, когда я возвращалась домой, я пользовалась горячей соленой водой. Но не помогло.
– В смысле, горячей соленой водой?
– Я впрыскивала ее внутрь.
– Но ведь это больно?
– Да.
– Ясно. И теперь ты хочешь его оставить.
Девушка взглянула на нее быстро, испуганно.
– Ведь ты не обязана, – сказала Мэгги. – Я схожу с тобой к доктору, помогу тебе поговорить с ним. Если ты этого хочешь.
Девушка отвернулась от стола в сторону окна. Стекло отражало все предметы в кухне. А вдалеке виднелись темные дома соседей.
– Я хочу его оставить, – все еще глядя в окно, произнесла она мягким и ровным голосом.
– Ты уверена?
– Да, – сказала она.