Мужчина скинул с себя покрывало свободной рукой, сказал:
— Привет, — и посмотрел на меня.
Я никогда раньше его не видела в своей жизни.
— «Привет»?! Вы с ума сошли? Кто вы на хрен такой?! — Я попыталась освободить руку, но он не позволил. — Отпустите меня!
— Ладно, просто отдай мне нож, а то порежешься еще, я тебе все сейчас объясню…
— Я не позволю незнакомцу в моем доме вооружиться ножом!
— Тогда положи на стол, он меня беспокоит…
— Тебя беспокоит?! — я открыла рот на минуту от чужой наглости, тоже перейдя от шока на «ты», затем наконец убрала нож.
— Спасибо.
Парень улыбнулся. Это, пожалуй, странно, но мне понравилась улыбка вторженца. Я не знала, вор ли он, или просто ошибся домами, но знала, что он хотя бы симпатичный. Светлые волосы сияли, как лучи солнца, трехдневная светло-коричневая щетина была сексуальной, глаза — интересного серого цвета с легким голубым оттенком, как небеса в непогожий день, когда они будто колеблются, посылать на землю дождик или нет, а его губы вызывали мысли о поцелуях.
М-да, никто не должен жить один так долго, как я…
Тот факт, что парень вызвал у меня такие мысли, заставил меня ополчиться против него еще сильнее.
— Не благодари меня в моем собственном доме!
— А что я должен делать в твоем собственном доме, когда ты делаешь то, о чем я тебя просил? — По всей видимости, он меня дразнил. С этой очаровательной улыбкой, черт ее дери.
— Проваливать! Вот что! Или я позвоню ментам!
— Можешь, конечно, но клянусь, они мне не помогут, — жалуясь мне, словно мы были друзьями не разлей вода, этот наглый мужлан наконец поднялся с дивана.
О, лучше бы не вставал… Он был выше меня, обладал невероятно широкими плечами и развитой мускулатурой, что заставило меня паниковать еще сильнее. Один удар — и я полечу в стену, проломив ее, или вылечу в окно, разбив стекло. Нет, нужно все-таки избрать дугой тон для общения с ним, а то мало ли что…
— Послушай, — отступая на один шаг, я продолжила спокойно и по возможности даже нежно, — я живу одна, я девушка, как ты мог заметить, а ты большой, сильный и пугающий, так что… Это вполне нормально, что я нервничаю и хватаю первое оружие, которое попалось по пути. Пожалуйста, скажи мне, кто ты и что тебе нужно.
Его шикарная улыбка и превосходное настроение медленно испарились, уступив место чувству вины.
— О, прости… Я не хотел напугать тебя. И я не хотел выглядеть «большим и страшным», потому что я сам напуган до чертиков и ощущаю себя слабым…
Эта фраза растопила мои внутренности, теперь я не просто пыталась успокоиться — я реально немножко успокоилась. Хотел бы убить или покалечить — сделал бы это сразу. Я даже предложила ему чаю — якобы чтобы нам удобнее было беседовать. Сама, конечно, хотела его расслабить и отвлечь, чтобы в какой-то момент украдкой позвонить в полицию. Да, гость не пытается меня убить, и тем не менее он проник в мой дом!
— Сказать по правде, — говорил тем временем молодой мужчина, идя за мной по коридору, — я бы лучше поел нормальной еды вместо чая, потому что не ел… блин, даже не знаю, как долго. Я не считаю ту полутухлую похлебку, которой меня кормили последние дни, едой… Но это было бы еще более неуместно с моей стороны — трапезничать в доме, в который я незаконно вломился. Кстати, дверь была открытой, так что, по сути, я не «вломился», ибо ничего не ломал, я просто вошел!
— Все в порядке, — отмахнулась я, приведя его на кухню и усадив за стол, а сама пыталась вспомнить, точно ли запирала дверь. Ведь если он не врет, выходит, что он не так уж и виноват. Если вы, к примеру, увидите, что у соседей открыта дверь, и уже довольно давно, наверно, тоже зайдете или покричите с порога. Вдруг кому-то плохо и нужна помощь? Впрочем, вторженец уже признался, что вошел в мой дом по иным причинам — эгоистичным. Ладно, все равно буду подыгрывать ему пока — от греха подальше.
Пока я разогревала макароны с сыром, он вернулся к своей истории.
— Прошлой ночью я бежал от каких-то бугаев, они гнались за мной по улице — по этой самой улице, — кивнул он за окно, — и так как твой дом самый последний перед обрывом, я перепрыгнул через забор. К счастью, они этого не видели в темноте. Хотя я слышал потом, как они стучались во все дома подряд, но их в итоге выставили, твой сосед даже собак на них спустил! — незваный гость усмехнулся, восторгаясь то ли храбростью, то ли агрессией жителей моей улицы. Затем его тон посерьезнел и приобрел просительные интонации: — Все, что мне нужно, — переждать денек-другой, и затем я свалю, обещаю…
— Кто эти парни?
— Если бы я знал! Видишь ли, я ничего не помню о своей жизни, у меня амнезия.
Услышав это, я тут же обернулась на него, забыв о макаронах:
— Ты серьезно?
— Ага, — ответил он с грустью. — Амнезия. Типа того.