Фея ткнула миниатюрной ручкой на Санкт-Петербург. Чем больше он общался питомцем, тем лучше они понимали друг друга. Менее чем за неделю Вадим научился лучше интерпретировать сумбурные сигналы Быстрого Крыла или, скорее, она научилась лучше структурировать информацию. Общение между феями не равно общению с людьми.
— Работы предстоит много.
+Единство захватит все?+
— Похоже, другого выбора не останется. Враги попытаются нас убить, потому придется убить их раньше.
+Но создатель учил нас быть добрыми.+
— Он правильно вас учил, однако жизнь куда сложнее. Не со всеми можно договориться… Вот как с Основателями получилось. Полгода назад мы с ними вроде уладили конфликт, договорились о мире, а потом выяснилось, что они хотят нас перетравить газом.
+Почему Основатели хотели это?+
— Потому что их… машина не может по-другому. Она так запрограммирована. Как переубедить комара или муху не быть теми, кем они являются?
+Дело в инстинкте?+
Фея выдала неожиданную умную мысль для существа возрастом всего в несколько календарных месяцев.
— Именно, дорогуша! Основателями руководит машина с инстинктом, который нельзя побороть. Для своих людей она является добром, для нас — экзистенциальное зло.
+Экз…+
— Смертельная угроза.
+Понятно.+
— Ты быстро учишься… Завари-ка мне чаю.
Маленькое создание, выдав радостное щелканье, метнулось в сторону чайника с кружками.
Глава 9
Пробуждение
Исаев шагал впереди, держа в руках планшет с записями. Коридоры Дома Советов были приглушенно освещены, гул вентиляции смешивался с мягким шумом кабелей и труб, проходивших прямо под потолком. Вадим молча шел рядом.
Они свернули в узкий переход, за дверью которого находилась комната по соседству с лабораторией Исаева. Внутри пахло антисептиками и медикаментами. Металлическая мебель, белые панели стен и медицинское оборудование создавали атмосферу стерильного напряжения. На койке, подключенная к системам мониторинга и жизнеобеспечения, лежала женщина.
Барбара Холланд выглядела бледной, лицо осунулось после долгой комы и последующего «„ремонта“».
— После извлечения из улья я ее накачал снотворным, -сухо пояснил Исаев, включая одну из консолей. — Рано пробудить, значит потерять. Человек, три года проведший в коме, не должен столкнуться с новой реальностью в лоб. Психика не выдержит.
Он обернулся к одному из подчиненных врачей и коротко приказал:
— Начинаем будить спящую красавицу
Ассистент склонился над аппаратурой. В систему капельницы пошел раствор, нейтрализующий действие седативных препаратов.
— Я превратил ее в омегу, -продолжал Исаев, не отрывая взгляда от показателей. — Но без биохимической перепрошивки на верность альфе. Она такая же, как я. Независимый индивид. Ее таламо-кортикальный транцептор запустится через месяц, когда произойдет полная интеграция.
Вадим нахмурился.
— Ты говорил, что справился.
— Справился на девяносто процентов, -холодно уточнил Исаев. — У Барбары был разрушен гиппокамп вследствие тяжелого менингита и гипоксии. Я использовал регенеративные каскады и перенастроил астроцитарную поддержку, но абсолютной реконструкции быть не могло. Возможны частичные амнестические лакуны.
— Девяноста мало, -жестко бросил Вадим.
Исаев пожал плечами.